Арриго Сакки не изменяет себе, и всё также придерживается собственной футбольной идеологии. В преддверии матча между «Миланом» и «Ювентусом», легендарный итальянский тренер дал свой прогноз о том, чего ожидать от этой игры.

• Тренер, какой будет эта игра и кто окажется сильнее?
  «Многое в матче будет зависеть от «Милана». Если в команде есть единый коллектив, то и играть они должны коллективно. В этом случае они доставят «Ювентусу» большие проблемы, потому что мы уже поняли, что «Ювентус» не сможет играть коллективно. Они будут обороняться в 10-11 человек и выходить в контратаки, как это умеют».

• Можете объяснить подробнее, что вы имели в виду?
  «Есть определенные правила. В оборонительной фазе команда, находящаяся на расстоянии в 25-30 метров, испытывает гораздо меньше проблем. Если «Милан» будет владеть мячом, то им нуждно будет делать как можно меньше длинных передач, чтобы не растягивать линии и…».

• Один момент. Пиоли ведь говорил, что использует длинные передачи, чтобы доставить мяч до игроков атаки, когда соперник оставляет их в численном равенстве с игроками защиты. Разве это неправильно?
  «Пиоли использует тактику из своего прошлого, но лично для меня главное одно: не надо сбивать игроков с толку. Нужно играть, используя короткий дриблинг».

• Почему это так важно?
  «Ювентус» ждет от соперника ошибок уже в самом начале игры, чтобы разыграть угловой или штрафной. Это очень конкретная команда, как и сам Аллегри. Если «Милан» будет думать об игре на индивидуальностях, то может проиграть. Не забывайте, что «Юве» за прошлые годы потратил больше всех на покупку игроков, у них очень сильный состав. Нужно будет обеспечить превентивную опеку и… наличие игрока-волнореза, который перекроет 7-8 контратак, как это было в матче с «Интером».

• Давайте поговорим о персоналиях. Кто вам нравится в текущем «Милане»?
  «Мне очень нравится Рейндерс, он очень хорош. Полноценный игрок, читающий игру и много двигающийся по полю. У «Милана» в этом году есть отличные игроки: в том числе Лофтус-Чик, пока он был готов играть, очень сильный игрок».

• Как насчёт Пулишича?
  «Пулишич не плохо двигается. Если он столь умён, как о нём говорят, то это отлично. Футбол всё больше становится игрой коллективного разума».

• А Леао?
  «У меня бы он не играл».

• Простите, не понял. Вы бы оставили его на пару игр на скамейке запасных?
  «Да, я очень много внимания уделяю человеческим качествам игрока, прежде чем его купить. Если ты родился без определенного темперамента, то вряд ли я тебя возьму. Леао на многое, очень многое способен, и я думаю, что он хороший парень. Но в футбол играет одиннадцать человек, и каждый должен придерживаться своей позиции на поле. Все должны бегать. Как-то Аллоди сказал мне: «Арриго, я вижу, ты заставляешь Вирдиса бегать. Значит, ты молодец».

• Давайте вспомним о вашем противостоянии между «Миланом» и «Юве». Какой матч вы вспоминаете с особой теплотой?
  «Тот матч, когда мы выиграли 4:0, причем дубль сделал парень, о котором я помню лишь то, что он ездил на «Порше»…».

• Имеете в виду Маннари?
  «Да, Маннари».

• А что в итоге случилось с «Мистером Порше»? Не получилось?
  «Ну, у меня же тоже был Порше. Парень был из числа новичков… Я следил за его поведением, кого-то я убирал, кого-то вводил в состав».

• Пиоли, видимо, придерживается более тактичного стиля управления командой, с которой в нужный момент может быть и строгим. Как он вам?
  «Пиоли — золотой парень. Он очень вырос для меня, ему удалось заставить итальянскую команду играть в атакующий футбол коллективно. Такое редко случается. Когда я работал в компании своего отца, я отправлял обувь в Германию, а мне в ответ говорили: «Пицца, мафия, катеначчо». В тот момент я себе и сказал: «Черт, хочу избавиться от этого катеначчо», что я и сделал с «Миланом».

• Что вы думаете о Фаджиоли, Тонали и всём этом скандале со ставками?
  «Мне очень жаль, в том числе и потому, что в годы работы с молодежной сборной я знал некоторых из ребят. Вспоминается один эпизод. В середине 1980-х в «Парме» я попрощался с двумя игроками, которые работали со мной в течение многих лет, потому что эти ребята каждый день трепались о деньгах. Человеческий разум так устроен, что может думать только о чём-то одном, и деньги тут не лучший выбор».

• Когда-то Алессандро Дель Пьеро сказал о 10-м номере: «Этот номер носят самые талантливые, те, кто сочетает в себе воображение и гениальность, дриблинг и видение игры. Десятка — это своеобразный способ видения футбола».
  «Своего мнения я не изменил: он олицетворяет гениальность, непредсказуемость, способность показать то, что другим кажется невозможным или немыслимым. Часто говорят, что десятки — это непонятные игроки. Может это и правда так, потому что эти ребята не вписываются в существующие правила. Футбольная история десятого номера рассказывает о роли на поле, исполнители которой больше заботились о своей игре, их меньше донимали тактическими обязанностями. Они обеспечивали чутье, воображение, способность решать ситуации или игры, а взамен получали свободу. Потом футбол начал меняться, как раз в мое время. От «десяток» стали требовать быть такими же, как и все остальные, брать на себя тактические обязанности, быть частью общего механизма, который должен был быть совершенным».

• Да, футбол превратился из фантазии в алгоритм….
  «Мы перешли от того, чтобы оставить их в покое, чтобы они могли проявить свои творческие способности, к тому, чтобы попросить их выполнять функции «четвёрки» или «восьмёрки». В этом и заключается весь парадокс: «десятку» просят делать работу на уровне остальных, но при этом придумывать что-то нестандартное. Чтобы бить штрафные и раздавать пасы пятками, нужно иметь ясную, свежую и свободную голову на плечах, а также не нагруженные легкие. На протяжении всей истории «десятки» всегда испытывали проблемы с беготнёй: чем меньше они бегают, тем больше придумывают на поле. В современном футболе доминирует физическая сила, несмотря на то, что на последнем Чемпионате мира выиграла команда со старомодным футболом. Аргентина тогда посвятила себя своей «десятке», позволила ему периодически отдыхать, когда это было ему нужно, чтобы он в итоге полностью раскрыл весь свой талант и воображение».

• Дзола в своем интервью сказал, что именно при Сакки «десятки» стали исчезать…
  «Сакки изменил футбол, его способ мышления стал эталоном для других. Его «десяткой» был Рууд Гуллит. мой друг, который обладает тысячей талантов, но главные из них не относятся к технической или идейной сфере. У него другие сильные стороны. В той команде он был просто идеален. Сакки многого требовал. В той команде был Донадони, которого слишком недооценивали, хотя он, помимо количества, давал команде еще и качество. Дзола прав: в то время зародился другой футбол, в котором приоритетом стал бег. Бег и соблюдение очень важных и очень строгих тактических канонов».

• В футболе, на котором я вырос, на поле были две «думающие» позиции — «либеро» и «десятка»: Пикки и Суарес, Мур и Чарльтон, Мальдини и Ривьера, Ширеа и Платини. Не вымрут ли обе эти позиции?
  «Мне бы не хотелось говорить об этом однозначно. Трудно сравнивать сезоны в истории футбола. Я сам вырос на том самом футболе, с Ширеа и Платини. Ширеа, как и Беккенбауэр, был игроком, который умел выходить из обороны, тащить мяч в атаку, использовать свободное пространство для построения игры. Сегодня мы видим, что тренеры предпочитают вернуться к игре «один в одного» — Гасперини, Юрич, Тудор — но есть стремление к интегральной тактике, к тому, чтобы команда двигалась в едином порыве, синхронно. Цель — выиграть мяч, удержать его. Есть и обратные примеры. Но в целом в современном футболе каждый должен уметь делать все. Сегодня нет ни одного защитника, да даже вратаря, который не умел бы нормально работать ногами с мячом».

• То есть неравномерность «десятки» свидетельствует о тенденции к исчезновению? Мы движемся к более холодному, почти авторитарному футболу?
  «Многие новые поколения тренеров и игроков растут на мифе о футболе Гвардиолы, который использует именно такую философию игры. Если у него всё получается и он побеждает, значит он прав. Но в Англии сейчас совсем другие реалии. Например, у Клоппа совсем другая философия, он предпочитает действовать более вертикально. Поэтому трудно представить, что в футболе может доминировать какая-то конкретная игровая мысль. И тут я бы добавил: к счастью, что это так».

• Платини как-то сказал мне, что в футболе есть «десятки» и «девятки с половиной». Первые играют в Европе, вторые — в южноамериканском футболе. Прав ли он? И к какой категории вы бы отнесли себя?
  «Думаю, Платини отнес бы меня к «девятке с половиной», потому что часто я играл на позиции второго нападающего, а иногда и центрального. Но мне было бы куда более интересно узнать, к какой категории относит себя Платини. Я несколько сезонов наблюдал его в качестве нападающего, который искал гол у ворот соперника, настолько, что он становился лучшим бомбардиром лиги. Тарделли, Фурино, Бонини ему в этом очень помогли…».

• А было ли в команде некое чувство одиночества у «десятки»?
  «Да, на человека, который носил эту футболку, всегда возлагались большие надежды. Но одиночество существует и в современном футболе. От Месси ждут голов и передач, а не просто того, что он заведёт команду. Если он будет только мотиватором, то этого будет недостаточно».

• Вам не кажется, что в наших футбольных школах больше учат тактике, нежели технике? Сейчас трудно найти игроков, которые могут перепрыгнуть через соперника или сделать кросс на 20 метров.
  «Вы сами ответили на свой вопросы. Я не очень близко знаком с работой молодежного сектора, но мне понятна философия многих тренеров, их концепция игры. Сегодня в первую очередь требуется физическая подготовка игроков. Есть такие академии, в которых парня не возьмут на просмотр просто за то, что он родился не в марте. Слушайте, я сам ноябрьский, и играл с январскими ребятами, которые были старше меня почти на год. В тринадцать-четырнадцать лет всё это имеет значение, прежде всего физически. Хорошая молодежная академия — это не та, которая выигрывает чемпионаты в своей категории, а та, которая больше всего выводит молодых ребят на новый уровень. Тот, кто занимается этой работой, должен чувствовать себя тренером, футбольным учителем, но вместо этого зачастую ставится задача только победить, потому что, якобы, если ты займёшь первое место в своей категории, то у тебя будет яркая карьера. Это очень большое заблуждение. Важно то, насколько ребята стали сильнее, а не то, сколько очков они набрали за сезон».

• Футбол словно становится скучнее. Быть может, в современном обществе девяносто или даже сто минут матча стали анахронизмом? Данные говорят о том, что цифровым детям не сильно интересен футбол…
  «Это очень сложная тема, но данные совершенно понятны. Футбол в Италии стал скучным, потому что упал его уровень по сравнению с тем, что было в прошлом. Сильнейшие, величайшие игроки хотели соревноваться у нас. Сейчас они уезжают в Премьер-лигу, Ла Лигу, да даже во Францию и Германию. Но не к нам. В Англии не скучно играют в футбол. В этом, на мой взгляд, «виноваты» и другие факторы. Во-первых, век технологий. Телефоны, видеоигры — уровень удовлетворённости от них несравним с тем, что было в моём детстве. Цифровое общество заставляет нас жить лучше, но отнимает у нас творческий потенциал».

• Так чем же отличаются развлечения двух поколений детей?
  «По воскресеньям я ходил на мессу, после которой мне не терпелось пойти в бар и поиграть в пинбол или настольный футбол. Мне этого было достаточно, это было здорово. Сегодня, к сожалению, мы живем в очень быстром обществе, которое требует немедленных результатов. Никто не хочет думать о том, что виноград спеет только раз в год. Если хочешь получить хороший виноград, то нужно ждать, ухаживать за лохой, вспахивать землю, поливать его и защищать от града… У природы свои правила, а мы — часть природы. Сейчас очень завышенные от детей ожидания, и они это чувствуют. От них требуют побед, успеха, постоянной конкуренции. Эти ожидания ложатся тяжелым грузом на их плечи в процессе обучения. Мальчики нагружают их на себя, и, поскольку не все могут добиться успеха, появляется беспокойство, стресс, неуверенность в себе, чувство неудачи и тревога. Жизнь, в том числе и в спорте, нужно прожить, а не «проглотить».

• А как же телевидение?
  «Безусловно, появление такого массового количества развлечений, просмотру футбола не способствует. Если хочется вкусное пироженое и имеется возможность кушать его каждый день, то рано или поздно оно надоест. Существует необходимость в желании, и отдельная необходимость в предвкушении. Во всем. Но телевидение и социальные сети, если они правильно функционируют, могут передать новому поколению красоту футбола, позитивные ценности и желание играть».

• Не вызвала ли у вас недоумение вся эта ситуация со ставками на футбол от молодых игроков?
  «Это очень масштабная и сложная тема, для меня трудно понять такие вещи. Одного спорта для ребят должно быть достаточно. Лично для меня существовало только поле. Есть чёткие правила, касающиеся допинга и ставок. Я бы никогда не сделал ничего, что могло бы хоть в какой-то степени разрушить мою мечту. Ни раньше, когда я был молод, ни потом, когда я стал успешным».

• Что происходит с «Юве»? Я говорю не о результатах, потому что иногда команды выигрывают, а иногда проигрывают. Я говорю об имидже клуба…
  «В «Юве» все находятся под постоянным давлением, но именно этот клуб является точкой отсчёта. Не только для болельщиков самого «Юве». Думаю, каждый, спрашивая о результатах своей любимой команды, интересуется тем, на каком месте сейчас находится «Юве». При этом, надежды у всех разные: кто-то надеется, что у клуба всё хорошо, а кто-то — что всё плохо. Тем не менее, это центральный клуб в истории итальянского футбола. Это гораздо больше, чем просто футбольная команда. Когда на тебя ложится такая нагрузка, такая ответственность, когда ты сталкиваешься с переменами, сменой поколений и завершением успешного цикла, то не всё в этот момент может идти гладко. В команде происходит перестройка, и я как болельщик надеюсь, что сделан правильный выбор, потому что все мы ждём тот самый «Юве», который может заявить о себе не только в Италии, но и в Европе».

• Вы в «Ювентусе», Тотти в «Роме», Мальдини в «Милане». Почему вы, вошедшие в историю тем, что в хорошие и плохие времена оставались в своих клубах, больше не возглавляете эти клубы?
  «За весь мой путь, за все годы, в течение которых мы разделили столько радости, а также самые мрачные моменты в Серии В, у меня сложились особые отношения с «Юве». Не только потому, что я болею за «Ювентус», но и потому, что девятнадцать лет — это большой срок. Меня спрашивают: «Почему ты не возвращаешься в «Юве»? Я отвечаю, что мне не нужно возвращаться, потому что я никогда не уходил. Да, сегодня я не работаю в клубе, но кто знает, может и это в будущем изменится. Я никогда не буду чувствовать, что между мной и клубом есть дистанция. Важная часть моего сердца находится в «Юве». И она всегда будет там».

• История Манчини, чемпионы в Саудовской Аравии. Деньги — всё?
  «Саудовский мир хочет оставить своё влияние на футбол. Они демонстрируют прекрасную организацию, у них есть невероятные средства на это, и это, честно говоря, сильно помогает их проекту. Иногда очень трудно сказать «нет», иногда удается это сделать. Всё зависит от самого человека, от его ожиданий. Что касается Манчини, то, столько время прожив за границей, могу сказать, что мы в целом произвели плохое впечатление».

• Я вспоминаю тот самый футбол: Тотти и Дель Пьеро, до них Баджо и Дзола. А может фабрика вдохновения и талантов просто закрылась для нас?
  «Сегодня мы очень сконцентрированы на физической подготовке, что губительно влияет на тех, у кого есть талант. В футболе всегда так было, что если у тебя нет физических данных, то ты специализируешься на чём-то другом. Таков закон выживания. Никто из нас физически не выделялся чем-то особенным. Наоборот. Мы специализировались на воображении и технике. Мы учились играть дома, в детском саду, на соседском поле, в школе. На перемене я отказывался от перекусов и бежал играть в футбол. Летом мы гоняли мяч на песке, на берегу моря. Все мы ждали заката и отлива, чтобы пляж освободился и у нас была возможность сыграть. Да, мы ломали ноги, потому что мяч становился тяжелым из-за воды и песка. Но именно там мы учились быть «десятками».

• Есть ли в вашей футбольной жизни день, который хотелось бы пережить заново?
  «9 июля 2006 года, когда мы выиграли Чемпионат мира. Тот день в моей памяти остался целиком. Как объяснить ту спортивную, эмоциональную, даже духовную полноту, с которой парень, всю жизнь мечтавший об этом, живший футболом как страстью, занимавшей им каждый миг, годами не думавший ни о чем другом, в конце концов, добился своего? Пройти через тот полуфинал, с теми пенальти, промахнувшись с которого ты погружался в кошмар… Это невероятная красота момента. Полная, целостная красота. Необъяснимая, неповторимая».

• А какой день не хотелось бы повторно пережить?
  «8 ноября 1998 года, день получения травмы. Это было ужасно. Прекратить играть на целый год, когда мне было двадцать четыре года, и жить с тревогой и неуверенностью в своём выздоровлении. Но я открыл в себе тогда неведомую мне силу духа, способность к страданию и целенаправленности, которые позволили мне извлечь максимум пользы из этой драмы».

• Расскажите о своем отце?
  «Отец был молчаливым лидером. Повзрослев, став отцом, я стал понимать его гораздо сильнее. Я очень редко с ним пересекался, потому что покинул свой дом в тринадцать лет. В это время ты думаешь о другом, ты взрослеешь. Тогда я не придавал своим родителям должного значения, но лишь спустя время начинаешь понимать их важность, и это позволяет тебе иметь с ними хорошие отношения, как это и должно быть. Мой отец был электриком, мама — сначала домработницей, а потом няней. Он был человеком невероятно скромным, работал засучивал рукава, надрывал спину, чтобы прокормить свою семью. Папа мало говорил, но я помню, как встретил его и маму после того, как мы выиграли Лигу чемпионов. Мне кажется, в эти минуты они вдвоем заново вспомнили всю нашу совместную жизнь, все страхи и жертвы, которые мы пережили. С полными глазами слёз. Они гордились не Дель Пьеро, а своим Алессандро».

Тимоти Веа дал интервью телеканалу DAZN в преддверии матча против «Милана».

О РОДИТЕЛЯХ — «Отец всегда был асолютно нормальным родителям. До переезда в Нью-Йорк мы жили во Флориде, и он устраивал мне тренировки на заднем дворе. Всё было очень обыденно. Мы жили спокойной жизнью, которая мало чем отличалась от других детей. Мама всегда была рядом, даже когда мы уехали в Калифорнию, которая находится в шести часах езды от Нью-Йорка. Она всегда была рядом, после школы нам приходилось ездить в Нью-Джерси, это где-то полтора часа езды, на тренировки. Потом мы возвращались еще полтора часа, и я делал уроки».

ПЕРВАЯ ВСТРЕЧА С МАККЕННИ — «Кажется, в 2017 году. Я всегда знал о нём, ведь он был на два года старше меня. Я восхищался им и Пулишичем. Он всегда был таким же, как и сейчас: весёлым, полным энергии и жизни».

ЛЮБИМАЯ МУЗЫКА — «Я думаю, нам с Уэсом нравится примерно одна и та же музыка. За исключением того, что ему нравится кантри, а я его не слушаю. Занимаюсь ли я музыкой здесь, в Турине? Да, я много пишу. Когда сижу дома и не слишком устал, то начинаю писать. Потом я звоню своему лучшему другу, он работает пролюсером, и мы вместе что-то да делаем. Когда-нибудь хочу начать профессионально записываться, но пока я играю. Мне кажется, это весёлое занятие. Находясь дома, у нас много свободного времени, и тратить его на телевизор с видеоиграми нельзя, наверное поэтому я и начал писать музыку».

О ЖИЗНИ В ТУРИНЕ — «Приятно, но мы толком нигде не бываем. Если честно, то после тренировок мы всё время проводим дома, отдыхаем».

ДРУГИЕ ЛЮБИМЫЕ ВИДЫ СПОРТА — «Я поддерживаю «Гигантов». Они были сильны, но не так долго, до Илая Мэннинга. Сам я с Нью-Йорка, так что, конечно же, «Никсы» и «Гиганты» — команды, на которых я вырос».

ВЗРОСЛЕНИЕ В НЬЮ-ЙОРКЕ — «Это мило, тут всего понемногу, такой вот котёл. Есть итальянцы, ирландцы, ямайцы, пуэрториканцы…».

ОТЕЦ ДЖОРДЖ — «Я всегм говорил, что он профессиональный спортсмен. В США я мог сказать только это, иначе пришлось бы объясняться… Я говорил, что он играл в футбол, в «Милане» и других командах, и было немного печально, что приходилось и это объяснять окружающим. В итоге всё было весело, мы гордимся им и его карьерой. Для меня гордость идти по его стопам, и я делаю шаг за шагом понемногу».

ИДОЛЫ И ПОСТЕРЫ В КОМНАТЕ — «Постеров у меня не было, потому что комната была вся в видеоиграх… Кто был моим кумиром? Мело, Кармело Энтони (бывший баскетболист, прим. ред.)».

ДРУГИЕ ВИДЫ СПОРТА — «Я всегда любил спорт и учиться чему-то новому для меня не было проблемой, поэтому я одновременно занимался футболом, баскетболом и американским футболом. Все взаимосвязано, для меня это было развлечением».

ПОЗИЦИЯ В «ЮВЕ» — «Сейчас я пятый полузащитник, но много лет я играл на фланге. А еще я играл на позиции нападающего».

АТМОСФЕРА В СЕРИИ А — «Нет, она не сложная, просто очень оборонительная. Чего от нас требует Аллегри? Защищаться».

ИТАЛЬЯНСКИЙ ЯЗЫК — «Я очень хорошо понимаю итальянский язык, не ожидал, что так легко его пойму. Как только я что-то учу, это сразу же остаётся у меня в памяти».

АМЕРИКАНСКИЙ И МИРОВОЙ ФУТБОЛ — «В последнее время я слежу за МЛС, но не за всеми командами, а только за своими друзьями. Этот вид спорта у нас развивается, впереди будет Чемпионат мира, так то всё это очень интересно. Предупреждаю, дома мы будем опасны».

ГАРРИ ПОТТЕР — «Я ненавижу Гарри Поттера, он мне кажется скучным, смотреть невозможно. Мой любимый фильм — «Поэтичная Джастис», старый фильм».

Уэстон Маккенни дал интервью телеканалу DAZN в преддверии матча против «Милана».

О РОДИТЕЛЯХ — «Отец часто уезжал, ему приходилось много ездить по работе. Иногда он уезжал на три месяца, потом возвращался и уезжал еще на месяц или два. Но он старался быть всегда рядом с нами, насколько это было возможно. А вот мама всегда была рядом, даже если я с командой ехал в Польшу или Боливию. Наши с Веа мамы часто общаются между собой, они всегда были рядом с нами… Именно их большая заслуга в том, что мы сегодня находимся здесь».

О ХАРАКТЕРЕ — «В свое время я был «под прицелом» у общественности. Всем казалось, что я пытаюсь выделиться, но у меня просто такой вот характер. Например, если я еду по городу, то стёкла машины всегда опущены и играет музыка. Все думают: «Он просто хочет, чтобы его узнали, бла-бла-бла». Я думаю, это просто американская фишка. Когда я делаю это здесь, в Италии, и подъезжаю к другой машине, первое, что они делают, это смотрят на меня и закрывают стекла».

ЛЮБИМАЯ МУЗЫКА — «Любая, хип-хоп, афро, RnB. Когда мы едем со сборной на автобусе, то я всегда выхожу с музыкой. Это придаёт энергию… Мы слушаем практически одну и ту же музыку, кроме кантри. Остальным не нравится, а я вот люблю. Мы с Леао вместе сочинили песню: я, он и Мойзе. Как-то даже ездили в Милан, чтобы записать её в свой выходной. Умею ли я фристайлить? Да, но не на камеру».

ЖИЗНЬ В ТУРИНЕ — «Тимоти любит поспать, приходит с тренировки и заваливается сразу. Ну а я… наверное тоже. Но когда я еду в город или общественные места, то иногда хочу побыть один. В Америке с этим проще. Если ты играешь в футбол, то тебя узнают, но всегда нужно помнить о том, что там больше следят за баскетболом и американским футболом. А еще там можно пойти в свой любимый ресторан и увидеть за соседним столом Jay-Z. В такие моменты становится понятно, что ты пока никто, вернее, ты не так уж и известен».

ЛЮБИМЫЙ ВИД СПОРТА — «Я люблю футбол, но если бы мне пришлось выбирать другой вид спорта, в котором я хорошо разбираюсь, то это был бы американский футбол. Моя любимая команда? Надеюсь, что они когда-то вернутся к старому названию, поэтому назову «Вашингтон Редскинс», теперь их называют «Вашингтон Коммандерс».

ЖИЗНЬ МЕЖДУ ТЕХАСОМ И ГЕРМАНИЕЙ – «Если верить стереотипам, то в школу я ездил с ковбоями… В моём районе было много развивающихся сельскохозяйственных подразделений, поэтому взрослеть там было просто чудесно, ведь мы жили в очень безопасном месте. Мы встречались у одного из друзей дома и вместе шли в школу, ну или на автобусе ездили. Каждый раз, когда я возвращаюсь домой, то прохожусь по этому маршруту. В Германии? В первый раз я приехал туда, когда мне было 6 лет, и всё было по-другому. Я не знал, чего мне ожидать, но я был еще маленьким, поэтому мне везде было хорошо. Я не понимал масштабов происходящего. Помню, когда мы только приехали и стояли разгружали машину, через дорогу, перед школой, стояла машина скорой помощи, потому что там обычно играли в футбол, и дети могли сломать лодыжку или получить какую-нибудь другую травму. Тогда я и познакомился с футболом. Я не знал ничего об этом виде спорта. Я видел лишь большой мяч, совсем не похожий на то, что я видел в баскетболе, американском футболе, бейсболе или софтболе. Я увидел, как эти дети пинали тот самый большой мяч, и подумал: «О Боже, они пинают его? Должно быть, больно!». Потом я сам подошёл к мячу, взял его и пнул, подумав: «Как же они это делают?». Период взросления в Германии был великолепным, лучшее, что могло случиться со мной. Мы буквально жили на улице, катались на велосипедах на расстоянии в 20 минутах езды от дома, и никого это не беспокоило, потому что все друг друга знали и защищали, словно в одной большой семье. Это было очень весело. Мой отец служил в армии, но я точно не знаю, чем он занимался: мы жили неподалёку от американской базы. Там был автобус, который отвозил нас в школу, но отец всегда настаивал, чтобы я жил в деревне, потому что хотел, чтобы я погрузился в местную культуру и жил нормальной жизнью. Мы и сами хотели познакомиться с местной жизнью и получить от этого впечатления. Думаю, что если бы мы не переехали когда-то в Германию, то я бы сейчас не играл в футбол. Наверное, увлекался бы американским футболом или чем-то в этом роде».

ПОСТЕР В ДЕТСКОЙ КОМНАТЕ — «У меня висел постер сборной Италии, которая выиграла Чемпионат мира 2006 года. Я был в Германии, когда они выиграли этот турнир, поэтому видел, как они праздную победу. В то время я фанател от Дель Пьеро и Буффона, это были мои кумиры. Тогда я любил их до безумия. Естественно, что когда я приехал в «Ювентус», то сказал: «Черт возьми, вот это круто! Могу поиграть с Джиджи!».

ЛЮБОВЬ К ГАРРИ ПОТТЕРУ — «Я пересмотрел его столько раз, что в итоге решил набить татуирову, и скоро собираюсь сделать еще одну, набив «Платформу 9 и 3/4″. Потом сделаю волшебную палочку и, быть может, даже золотой снитч».

ИГРА НА ФЛАНГЕ — «Я думал об этом, потому что перед уходом, зимой, я играл пятым справа, когда Куадрадо получил травму. Для меня не проблема играть на разных позициях».

ПАМЯТЬ ПОСЛЕ ОКОНЧАНИЯ КАРЬЕРЫ — «В конце своей карьеры я хотел бы, чтобы меня запомнили как человека, сильного в одном амплуа и не очень сильного в остальных. Пусть это будет «восьмерка», в полузащите, но, как я уже говорил, я сделаю всё, чтобы команда побеждала».

СБОРНАЯ США — «Кто бы ни тренировал команду, она всегда будет сильной. Наша сборная — это больше, чем просто команда. Это семья, очень близкие люди».

ПУЛИШИЧ — «Я играю с Пулишичем с 13 лет, хотя в клубах мы всегда были соперниками: я в «Шальке», он в Дортмунде, а теперь мы в «Милане» и «Юве»… У нас была игра на День благодарения. После игры мы пошли на совместный ужин и сфотографировались. Тогда общественность буквально хотела нас убить. Я тогда подумал, что же здесь такого, если мы просто празднуем вместе американский праздник, с друзьями и семьями».

В сети появилась полная версия интервью Антонио Конте для телепередачи на телеканале Rai 2:

ЧТО ОЩУЩАЕТ ЗВЕРЬ — «Я не родился зверем, а стал им в детстве, чтобы защитить себя от улицы. Постепенно ты становишься им, когда сталкиваешься с определенными ситуациями. Тебе говорят: теперь твоя жизнь — моя. Кто-то в такой ситуации должен в итоге сдаться. Но вы ведь знаете, что я лев по знаку зодиака».

АНТОНИО ГОВОРИТ ТОЛЬКО О ФУТБОЛЕ? — «Это не совсем так, вне работы я не люблю говорить о футболе. Мне также нравится окружать себя людьми, которые вообще не имеют никакого отношения у футболу. Я стараюсь не думать о нём, когда нахожусь дома, но получается не всегда, потому что иногда тренеру всё же приходится тащить работу домой».

О ХАРАКТЕРЕ — «Я очень прямолинейный человек. Ненавижу вертлявость, мне нравятся люди прямолинейные, такие же, как я сам. Обидчивый ли я? Наверное, да, но немного. Ты принимаешь свой способ существования, свой путь, свою идею. В отношениях я не люблю врать, всегда стараюсь быть откровенным. Из своих недостатков я бы назвал периодическую импульсивность и тот факт, что я нетерпеливый. Я требователен к себе и всем вокруг меня, потому что я ненавижу проигрывать».

О ЛИДЕРКИХ КАЧЕСТВАХ — «Мне нравится быть лидером, я думаю, что я признанный лидер во всех командах, в которых я работаю. Мне это нравится, я думаю, что я рожден для этого».

ОЦЕНИТЕ СЕБЯ КАК ИГРОКА – «8».

ОЦЕНИТЕ СЕБЯ КАК ТРЕНЕРА – «8.5, в 54 года я считаю себя достаточно молодым в тренерском деле, и оставшаяся часть карьеры даёт мне шанс повысить этот рейтинг».

ЧЕГО ВАМ НЕ ХВАТИЛО В КАЧЕСТВЕ ИГРОКА – «Таланта. Такой талант у меня есть как у тренера, но как у игрока… У меня была хорошая техника, но таланта, такого как у Зидана или Дель Пьеро, у меня не было».

ЧУВСТВУЕТЕ ЛИ ВЫ СЕБЯ ОДИНОКИМ – «Да, когда проигрываю. Я плохо переношу поражения, поэтому предпочитаю переживать их в одиночестве. Иногда даже заболеваю от этого. Для меня проигрыш — это траур, который наступает на 36-48 часов. В такие моменты я стараюсь изолировать себя, потому что знаю, чего ожидать. Важно иметь правильную реакцию, чтобы правильно отреагировать на поражения, на эти временные несчастья».

ПЕРЕПИСЫВАЯ ИСТОРИЮ — «Во мне есть удача и щепотка мастерства, чтобы переписать некоторую часть историию. Но всем этим я всё еще не насытился. В будущем мне хотелось бы оказаться в ситуации, в которой я смогу продолжать писать историю».

ОБ ОПЫТЕ ЗА РУБЕЖОМ — «Когда находишься за границей, понимаешь всю красоту нашей страны».

О СВОИХ МЕЧТАХ — «Я держу их при себе, иногда они так и не воплощаются».

КАК ДОЛГО ВЫ РАДУЕТЕСЬ ПОБЕДАМ — «Радуюсь я куда меньше, чем расстраиваюсь от поражений. Могу лишь сказать, что победы придают ментальное благополучие. Вечером я радуюсь, а утром просыпаюсь пораньше и думаю о трудностях следующей игры».

О «ЮВЕНТУСЕ» — «Ювентус» всегда считался для остальных командой, которую можно победить и которую можно ненавидеть. Тем не менее, хочу сказать, что играть за «Юве» — это не для всех, потому что против тебя будет вся Италия».

ПЕРЕХОД В «ЮВЕ» В 21 ГОД — «В тот момент все вокруг казалось больше меня. В первый год я, наверное, поплатился своей производительностью за свои страхи. Всё потому, что я не хотел оказаться неудачником, поэтому я показал всем свои острые зубы и когти, чтобы остаться в клубе».

О СЕКСЕ ПЕРЕД МАТЧАМИ — «У меня, как у футболиста, есть практический опыт, который я могу передать другим. Не то чтобы я ставил ограничения и что-то запрещал, но в преддверии матчей я всегда рекомендую парням прилагать как можно меньше усилий. В общем, нужно быть более пассивным, пусть другая сторона будет поактивнее. Могу ли я то же самое посоветовать по отношению к женам? Да, пусть жены будут поответственнее в этом плане (смеётся). Если это будет не жена, то игрок начнёт испытывать стресс и усиленно стараться».

О КОНТРОЛЕ НАД ИГРОКАМИ — «Я не люблю контролировать игроков. Если мы участвуем в соревнованиях и тренируемся, то они сами должны всё понимать. Что касается советов, то их всегда дают с благой целью».

КАК ВЫ ЖИВЁТЕ МЕЖДУ МАТЧАМИ — «Сейчас мне трудно сказать, стал ли я лучше или хуже с этим справляться. Сейчас я менее вовлечённо участвую в подготовке, нежели в начале. Тогда я заканчивал подготовку без голоса, сейчас — нет. Дело не в том, что я зазнался, просто я понимаю, что возникают ситуации, когда сам игрок должен брать на себя ответственность. Только так можно обеспечить его дальнейший профессиональный рост».

ВЫ ДЕЙСТВИТЕЛЬНО ГОВОРИЛИ О СЕБЕ В ТРЕТЬЕМ ЛИЦЕ? — «Сначала я так делал, потом мне на это указали, и я больше так не делаю. Это был своеобразный способ самозащиты, когда на меня нападали».

СЛЕД В КАЖДОМ КЛУБЕ — «Во всех клубах, где я работал, я оставлял фундамент на несколько лет. Никогда не оставлял после себя обломков».

ОБ УХОДЕ ИЗ КЛУБОВ — «Когда я решаю сменить клуб, то понимаю, что отдал всё, и моя энергия иссякла. Если меня спрашивают какого игрока подписать, то я всегда выскажу своё мнение на этот счёт».

ОБ ОТСТАВКЕ МАНЧИНИ — «Я не хочу вдаваться в подробности. Он сделал нечто историческое, выиграв Чемпионат Европы, потом команда провалилась и не поехала на Чемпионат мира, что оставляет глубокую рану. Если бы это был я, то сразу бы ушел со своей должности».

О САУДОВСКОЙ АРАВИИ — «Если верить газетам, то они делали предложения всем, в том числе и мне, но я отказался. Засунул себя в котёл, так сказать».

О ПРОЩАНИЯХ — «Я должен чувствовать стимул для этого. Самое болезненное прощание? Больше всего я жалел о том, что ушел из «Ювентуса» спустя три года. Иногда в каких-то мелочах мы видим какие-то большие проблемы».

У ВАС БОЛЬШЕ ДРУЗЕЙ ИЛИ ВРАГОВ? — «Больше друзей. Я твердо намерен общаться с людьми, не имеющими отношения к футболу, создавая дружеские отношения, отличные от моего мира. Каких друзей у меня больше всего? На строчную букву «а». Кого я считаю своими врагами? Тех, кто распространяет байки… Не люблю «укротителей змей».

О МОУРИНЬО — «Он победитель. Мы сказали друг другу, что думаем, потом встретились и пожали друг другу руки. Но я ценю то, что он говорит всё в лицо, пусть в Англии между нами и возникало что-то неприятное. Сейчас все недопонимания улажены. В Англии это называют «играми разума», когда на атаку отвечают атакой. Я вышел с улицы и никогда об этом не забываю, поэтому ничего и никого не боюсь».

РИМ И НЕАПОЛЬ — «Это два города, в которых мне хотелось бы поработать из-за их страсти. Надеюсь, что когда-то мне предоставится такая возможность. Нужен серьёзный подход и проект, который даст шанс победить».

СЛУХИ О «НАПОЛИ» И «РОМЕ» — «Ну, не знаю, о «Наполи» постоянно от вас и слышу. С Де Лаурентисом я разговариваю часто и с удовольствием. Я отношусь с большим уважением к президенту, но он сделал выбор в пользу Гарсии. Он всегда доказывал, что каждый его выбор оказывается дальновидным. В будущем? Не знаю когда, но мне хотелось бы потренировать эти страстные клубы в конце карьеры».

ПЕРИОД КАРЬЕРЫ В «ТОТТЕНХЕМЕ» — «Я поехал один, жил в гостинице. Всё это меня немного тяготило. Каждый день шёл на работу, после чего возвращался в гостиницу».

О ПРИВЛЕКАТЕЛЬНОСТИ — «Не знаю… Женщины считают меня интересным. Сексуальность? Жена говорит, что её подруги считают моё поведение на поле страстным. Физически я оцениваю себя на 8-ку в свои 54 года. Могу и больше».

О ВОЛОСАХ — «Всё дело в аутотрансплантации, я поехала в Торонто и мне повезло найти человека, который оперировал мою подругу. Мне не нравилось состояние моих волос, поэтому я попытался выйти победителем и здесь».

САМАЯ КРАСИВАЯ ПОБЕДА — «Моя дочь — это самая прекрасная моя победа. Только после этого ты начинаешь понимать, что значит любить человека».

СРЕДНИЙ ПАЛЕЦ В АДРЕС АНЬЕЛЛИ – «Я показал ему средний палец, и это была реакция на ситуацию, в которой он продемонстрировал неуважение и необразованность ко мне. Я не жалею об этом, потому что не чувствую сожаления и с его стороны. В итоге мы с ним всё же разобрались».

ЧТО ВАС ПУГАЕТ – «Меня пугает смерть, меня пугает то, что когда-то история закончится. Что бы я хотел, чтобы написали на моём надгробии? «Он отдал всё».

ОБ УМЕНИИ ИЗВИНЯТЬСЯ – «Не знаю, перед всеми ли я это сделал, но я научился извиняться. С человеческой точки зрения, мы все должны уметь это делать. Извиняться — это честь».

АНТОНИО НЕПОБЕДИМЫЙ? – «Я чувствительный, но не считаю себя непобедимым».