
Генеральный директор «Ювентуса» Дамьен Комолли выступил во время открытой тренировки «Juventus One» перед национальным финалом.
— Директор, начнем с текущего события, с «Juventus One». Само название «One» (Единый) несет в себе важный смысл. Это проект, который побеждает сам по себе, потому что когда речь идет о солидарности и социальной ответственности — это уже победа…
«Да, я согласен с вами, но в то же время это то, что мы в «Ювентусе» чувствуем глубоко внутри. Это масштабный проект, он — часть нас. «Juventus One» — это и есть «Ювентус». Это клуб, это сообщество, которое поддерживает эту фантастическую команду. Через несколько дней их ждет финал, и мы очень надеемся на победу. Это было потрясающе. Я желаю всем вам увидеть то, что мы сделали в рамках «Juventus One» — там прекрасные фотографии, трогательные жизненные истории. Было невероятно эмоционально наблюдать за этим. Я считаю, что это часть ДНК того, что мы пытаемся построить вместе с обществом, городом и регионом. В этом и заключается суть «Ювентуса» — в единстве «Juventus One».
— Насколько важен проект с Лучано Спаллетти на два года для «Ювентуса»?
«Очень важен. Мы планируем на долгосрочную перспективу — на три года, начиная с текущего момента, ведь этот сезон закончится через 8 месяцев. Все идет в позитивном ключе. Мы знаем, что до самого конца будет трудно — как говорят игроки, впереди 6 финалов, и нам нужно продолжать играть. Но если посмотреть на 31 октября, когда Лучано подписал контракт, — мы выросли. Команда играет хорошо, мы добиваемся результатов. Я проверял данные после субботнего матча: с того момента, как мы сменили тренера, мы идем на втором месте, набрав 48 очков в 24 матчах — это очень много.
Лучано оказал огромное влияние на команду, клуб, болельщиков и всё сообщество. Фактически, мы ориентируемся на трехлетний цикл. Первый сезон — это 2025/26, а затем еще два. Преемственность и стабильность — вот к чему мы стремимся. Это критически важно. Игроки очень близки с Лучано, все, начиная от Джона Элканна и Exor, проделали большую работу, чтобы удержать Спаллетти и обеспечить эту стабильность. Я уже много раз говорил: нельзя гарантировать победу, но можно гарантировать, что мы сделаем для неё всё возможное. У нас есть амбиции побеждать, но для реализации таких больших амбиций нужны стабильность и человек, который уже побеждал в прошлом — в Италии и в Европе. Мы знаем, что с ними (тренерским штабом) мы можем это сделать».
— Будет ли трансферная политика одинаковой в зависимости от того, попадете вы в Лигу чемпионов или нет?
«Я думаю, наш трансферный рынок будет амбициозным вне зависимости от того, на каком месте мы финишируем. Мы говорим о четвертом месте, но можем добиться большего. Таблица Серии А очень плотная, мы смотрим и на себя, и на тех, кто выше и ниже нас. Мы настроены решительно на последние шесть матчей. Мы знаем, что «Ювентус» привлекает многих игроков. Те, с кем мы ведем переговоры, говорят не просто об интересе к клубу — они хотят перейти к нам, даже не зная наверняка, будем ли мы в Лиге чемпионов или Лиге Европы в следующем году. С финансовой точки зрения Лига чемпионов предпочтительнее, но с точки зрения наших амбиций не имеет значения, в каком европейском турнире мы будем играть — мы строим команду для достижения больших успехов в будущем».
— Последний вопрос. Состоялись важные продления контрактов: Йилдыз, Маккенни, Спаллетти. Теперь все ждут новостей по Влаховичу. На каком мы этапе? Действительно ли он следующий?
«Я думаю, что в ближайшие пару дней или недель у нас могут появиться интересные новости по контрактам в целом. Что касается Душана, я придерживаюсь того, что сказал в начале сезона: мы поговорим в конце чемпионата. Я не изменил своего мнения. Поэтому не ждите ничего до завершения сезона, впереди еще 6 недель. Я знаю, что Марко Оттолини уже общался с Душаном, но новостей стоит ждать только по окончании сезона. При этом, повторюсь, мы надеемся объявить кое-что интересное по другим контрактам еще до финиша чемпионата».

Пара ноунеймов из французского дивизиона 2, 29-летний итальянец из Сасуоло и 38-летний бывший звезда, которого никто больше не хотел.