В бесконечной дискографии Пино Даниэле саундтрек к фильму Массимо Троизи «Le Vie del Signore sono finite» не относится к главным шедеврам, которые приходят на ум, когда вспоминаешь его карьеру. Кто знает, почему Фабрицио Романо, так к нему привязался — особенно к песне «Qualcosa arriverà». Возможно, из-за её звучания — одновременно ностальгического и мечтательного, наполненного надеждой. А может потому, что строчка «мечта уходит прочь» стала его мантрой как минимум на треть года — каждый год уже почти пятнадцать лет.

С июня по сентябрь и весь январь футбольная вселенная находится в ожидании его знаменитой фразы «Here We Go». После окончания лицея он переехал в Милан, и в 2011 году его жизнь и карьера резко изменились: если раньше он писал о трансферах для различных онлайн-изданий, то после перехода Мауро Икарди из «Барселоны» в «Сампдорию» стал одним из самых востребованных «ретрансляторов» новостей для игроков, агентов и руководителей клубов.

В 2013 году он присоединился к редакции телеканала Sky Sport Italia, а десять лет спустя, в 2023-м, второй год подряд выиграл премию Globe Soccer Award как лучший спортивный журналист года. Издание Forbes включило его в список «30 Under 30 – Media & Marketing» самых влиятельных людей (единственный итальянец вместе с Норманно Пизани, тогдашним Head of Media Partnerships UK & Ireland в TikTok). После этого Романо решил, что работа на себя позволит ему свободнее управлять двумя главными составляющими его профессии — временем и контактами. Сегодня, когда речь заходит о трансферном рынке, именно он является международной точкой отсчёта.

Мы поговорили с ним в День святого Валентина, в середине февраля — в относительно спокойный для него период.

«Когда трансферное окно закрыто, начинается подготовка к следующему трансферному окну. Я немного сравниваю это со сбором урожая: летняя и зимняя сессии — это результат того, что ты посеял в предыдущие месяцы. Для меня всё строится на отношениях, поэтому периоды между трансферными окнами я воспринимаю как время, когда нужно много путешествовать.

Во время самого трансферного окна я стараюсь как можно меньше ездить, чтобы оставаться сосредоточенным и избегать ситуаций, когда из-за дороги могу надолго потерять связь или остаться без телефона под рукой. Когда рынок “спит”, я могу путешествовать, много перемещаться, ходить на матчи. Это очень помогает поддерживать уже существующие контакты, в некоторых случаях укреплять их и, главное, создавать новые. Именно это остаётся моим главным приоритетом в месяцы, когда трансферное окно закрыто. Это также выбор, продиктованный любовью к футболу: он даёт мне возможность смотреть матчи и строить новые связи. Прежде всего это личный выбор».

— С учётом того, чем ты занимаешься сейчас, насколько тебе вообще необходимо следить за самими матчами? Если бы ты не был таким любителем футбола, то мог бы не смотреть матчи и при этом это никак бы не повлияло бы на твою работу. Ты так не думаешь?
«Чисто технически, наверное, да. Это вопрос того, сколько ты хочешь вложить — не столько денег, сколько времени и страсти в то, чем занимаешься. Я мог бы просто сидеть на месте и ограничиваться телефонными звонками или сообщениями. Но я принимаю другое решение, прежде всего с человеческой точки зрения. Я понял, что для меня очень важен личный контакт. Думаю, это один из секретов, который позволяет удерживать определённый статус в футбольной индустрии, которая постоянно меняется. Меняются люди, с которыми ты взаимодействуешь, а вместе с этим неизбежно меняются и балансы влияния: директор, который сегодня важен, через пять лет может уже не играть такой роли; агент, который три года назад был малоизвестен, сегодня может стать одним из ключевых на международном рынке. Нужно постоянно обновлять связи. Это можно делать и на расстоянии — у меня нет строгой необходимости встречаться лично. Но личное желание — продолжать делиться настоящими, реальными моментами с людьми. Думаю, только так можно оставаться в этом мире много лет, не будучи поглощённым давлением и ответственностью».

— Ты говорил, что твоя любимая песня — «Via con me». Возможно ли, что она тебе нравится ещё и потому, что твои отношения с трансферным рынком чем-то похожи на строки Паоло Конте?
«В этом деле действительно много людей, но этот мир я не считаю тёмным. Наоборот. Для меня трансферный рынок — очень яркая картина. Более подходящее сравнение — джунгли: мир, где ты ложишься спать, думая одно, а утром всё может оказаться совершенно другим и неожиданным. Это разноцветный, живой мир, где всё может измениться за пять минут. Всё зависит от непредсказуемых факторов: в 80–90% случаев речь идёт о игроках, деньгах, агентах и президентах клубов. Но есть те 10–20%, когда всё переворачивается из-за семьи игрока, которая не хочет переезжать, из-за неожиданного предложения другого клуба или из-за личных обстоятельств. Этот мир настолько переменчивый, иногда даже безумный, что я не могу назвать его чем-то однозначно положительным или отрицательным. Но уверен: он гораздо интереснее и увлекательнее, чем кажется со стороны».

— Ты часто говоришь: «Если что-то происходит, это не зависит от меня». Это правда? Ты никогда не чувствовал, что мог повлиять на продление контракта, трансфер игрока или увольнение тренера, выступая своего рода «мегафоном» одной из сторон?
«Думаю, влиял — конечно. Но не только я. Любой журналист, который работает в этой сфере, может повлиять на переговоры. Однако речь скорее не о «мегафоне», а о моменте публикации информации. Если сообщить новость слишком рано, иногда можно подвергнуть клуб риску — другие команды могут вмешаться в переговоры. Ты раскрываешь часть секретов сделки и тем самым облегчишь работу посредников. Такое случается — это часть игры. Клубы это прекрасно понимают. Есть команды, которые предпочитают максимальную открытость, а есть те, кто старается сохранять секретность как можно дольше. У каждого своя стратегия, со своими плюсами и минусами. С моей стороны «не зависит от меня» в том смысле, что за последние 5–6 лет стало ясно: на трансферном рынке нужно проверять всё до последней секунды. Не журналист решает, изменят ли игрок или клуб своё решение в последний момент. Многие вспоминают, что я объявил о переходе Самарджича в «Интер» как о состоявшемся. Но когда игрок уже проходит медосмотр с клубным шарфом… увы, контракты подписываю не я. С профессиональной точки зрения моя работа была сделана. Но я не могу контролировать некоторые вещи. Роль журналиста — точно рассказывать о том, что происходит, не придумывая и не строя догадок о будущем».

— Какие отношения у тебя складываются с собственной властью/влиянием?
«Я могу признать, что цифры, которые создаёт информация, которую я публикую, очень значительные, и многие считают, что это может облегчать некоторые вещи. В отдельных случаях так и есть: авторитет может открывать двери и каналы, которые ранее были бы невозможны. Но всё это — результат того, что я работаю каждый день с 16–17 лет. Я начал очень рано и ни одного дня не выключал телефон. То, что я делал и продолжаю делать каждый день, определяет, сколько времени я смогу оставаться в этом мире. Власть может быть следствием, но это не привилегия: её нужно заслуживать каждый день. Единственный способ сохранить её — не садиться на трон. Иначе она исчезает очень быстро».

— А какие отношения у тебя складываются с твоими профессиональными ошибками?
«Есть вещи, которые я не могу себе простить, если я поверил во что-то неправильное или недостоверное. Но я не могу винить себя, если что-то меняется по причинам, которые не зависят от меня. В моей работе ошибки, из которых я больше всего научился, связаны с переходами свободных агентов. Переговоры между клубами иногда замедляют процессы и дают журналисту больше времени собрать информацию. А игрок с истекающим контрактом может подписать договор в любой момент и изменить решение без участия третьих сторон. Я помню, как летом 2021 года сообщил с полной уверенностью, что Жоржиньо Вейналдум перейдёт в «Барселону». После окончания контракта с «Ливерпулем» он стал свободным агентом и даже забронировал медосмотр в Каталонии на следующее утро. Но ночью Вейналдум получил предложение от «ПСЖ», по которому должен был зарабатывать на 300% больше, чем по договорённости с «Барселоной». На следующее утро у него должен был быть медосмотр в Барселоне, но он сообщил всем, что летит в Париж. Такое редко происходит в сделках между клубами: когда медосмотр уже назначен, обычно всё уже окончательно согласовано. С моей точки зрения я был спокоен: я сообщал правду — сам Вейналдум позже подтвердил, что эти медосмотры действительно были запланированы. Но я понял, что на трансферном рынке иногда нужно быть ещё осторожнее. Когда речь идёт об ошибках, моя цель — ложиться спать со спокойной совестью. Если я ничего не выдумал и не распространял ложь, значит, перед самим собой я чист».

— Несколько лет назад ты отказался от контракта с редакцией Sky Sport, неоднократно говорил, что никогда ни с кем не жил, кроме родителей, и что «всё сделал сам». Сейчас ты способен делегировать кому-то производство новостей или контента, или по-прежнему полностью автономен? Чувствуешь ли уязвимость из-за того, что не можешь делегировать столько, сколько хотелось бы?
«Этот вопрос всегда был для меня тяжёлым. Для меня личный контроль — основа всего: мне нравится быть частью процесса и не делегировать. Поручить кому-то позвонить, представляясь моим именем, — это не моё. Пока я буду в этом мире, думаю, буду полностью вовлечён в работу. Я считаю это формой уважения к тем, кто следит за моими новостями. Я не могу снять с себя ответственность, если что-то пойдёт не так или будут ошибочно названы сроки. Все знают, что я отвечаю за это своим именем. Я не ставлю своё лицо за кого-то другого, и никто не может поставить его вместо меня. Это важно и с точки зрения личных отношений: когда ты всегда присутствуешь лично и ничего не делегируешь, у этого есть цена — прежде всего время. Чтобы постоянно оставаться в работе, нужно очень тщательно выбирать, какие нерабочие проекты ты допускаешь в свою жизнь. Но концепция «поручить кому-то» — это то, во что мне всегда было трудно поверить».

— Публично так и не было ясно, ни с твоей стороны, ни со стороны Ордена журналистов Ломбардии, действительно ли против тебя был начат дисциплинарный процесс из-за участия в рекламном ролике (первая версия — июль 2025 года, вторая — январь 2026). Можешь подтвердить?
«Да, подтверждаю. Процедура всё ещё продолжается. Меня попросили не углубляться в тему, пока она не завершится, чтобы не создавать путаницы и не мешать процессу» (согласно статье 22 Кодекса профессиональной этики журналистов, «журналист не должен предоставлять своё имя, голос или образ для рекламных инициатив или продвижения брендов и коммерческих продуктов»).

— Независимо от твоего случая, готово ли итальянское журналистское сообщество и его правила к новым форматам, каналам и языкам — например, к модели, где личная медиа-компания может поддерживаться спонсорами, не превращаясь сама в рекламный инструмент? «Нет, мы совершенно не готовы. И это меня очень огорчает как итальянца, который живёт в Италии и любит свою страну. Каждый раз, когда я бываю за границей, я испытываю гордость, но при этом понимаю, что мог бы спокойно жить где-то ещё: моя работа не требует постоянного присутствия в одном месте, а 90% коммуникации у меня происходит на английском. Я остаюсь в Италии из чувства ответственности и любви к своей стране, но мы не готовы понимать новые динамики нашей профессии. Работа при поддержке спонсора остаётся здоровой моделью, если спонсор не влияет на саму работу. Если бренды никак не связаны с тем, что ты делаешь ежедневно, а лишь помогают проекту существовать финансово, это позволяет не перекладывать расходы на аудиторию. Я никогда не брал ни цента за то, чтобы распространять информацию. У меня нет платного сайта, нет платных шлюзов, нет приложений с подпиской даже в 1 евро, хотя аудитория позволила бы это сделать. Если бренды готовы поддерживать редакционный проект, здоровье системы от этого не страдает. Наоборот, это нормальный способ финансирования, который позволяет людям получать новости бесплатно. Но в Италии многие правила устарели и управляются людьми, которые уже не живут в этой реальности. В мире всё давно изменилось, а мы остаёмся позади».

— Может ли американская индустрия спортивного инфотейнмента стать ориентиром для Европы и Италии? Ты ориентировался на таких журналистов, как Адриан Войнаровски или Шэмс Чарания, или это слишком разные миры?
«Для меня это вполне сопоставимо, и я надеюсь, что со временем станет ещё ближе. В США существует совершенно другой уровень внимания к коммерческой стороне каждого аккаунта — не только медиа, но и отдельного журналиста. Помимо Войнаровски и Шэмса, в футбольном мире тоже есть источники вдохновения. В начале 2010-х я внимательно следил за работой Гильема Балаге. Он базируется в Испании, но ведёт программы в Англии, работает на нескольких языках для разных медиа — газет, радио, телевидения. Это, на мой взгляд, здоровая модель журналистики, где можно развивать разные форматы и адаптироваться к постоянным изменениям. В Италии же часто считают, что журналист обязан иметь контракт с одним медиа и работать только на него. Но таким образом мы ограничиваем новые поколения, которым сегодня логично искать разные источники дохода».

— В Италии часто говорят, что наш футбол уже не принадлежит нам, что это прошлое величие. Если с экономической и спортивной точки зрения это частично правда, в чём Италия всё ещё может быть международным ориентиром?
«Тактика. В этом Италия остаётся абсолютно авторитетной. Когда за границей говорят об итальянском футболе, даже очень влиятельные люди в мировом футболе сразу вспоминают именно тактическую культуру. Я разговаривал об этом с Лукой Модричем, и даже он говорил, что его поражает, как даже самый неприметный матч может оказаться невероятно сложным. Даже последняя команда в таблице может стратегически выстроить игру так, чтобы создать проблемы лидеру. В других лигах это происходит гораздо реже. Это может быть не самый зрелищный аспект футбола, но иногда он решает всё. За пределами поля Италия также сильна в умении находить альтернативные решения, чтобы конкурировать с клубами, обладающими гораздо большими бюджетами. Когда разрыв в финансах огромный, нужно придумывать новые идеи — и в Италии многие клубы всё ещё умеют это делать. Некоторые команды после пандемии нашли способы не просто выжить, но и оставаться конкурентоспособными в Европе».

— В мире, где слова всё чаще превращаются просто в ярлыки, какой смысл сегодня ещё может иметь слово «эксклюзив»?
«Всё меньший, без сомнения. Это видно повсюду. Раньше это было почти магическое слово, которое использовали лишь в очень редких случаях. Сейчас оно стало чем-то повседневным: потеряло большую часть своей силы и ценности. Я сам один из первых, кто хотел бы убрать его из своего словаря — не исключаю, что сделаю это совсем скоро. Тем не менее слово «эксклюзив» всё ещё сохраняется. С журналистской точки зрения, когда у тебя есть доступ к новости, которая ещё не стала известной или появилась без точного и детального описания хода переговоров, слово «эксклюзив» служит способом подчеркнуть разницу в полноте информации, которую ты публикуешь. Это термин, который постепенно теряет смысл в мире, где все соревнуются, кто первым сообщит новость, но он остаётся оправданным, когда подтверждён качественной ежедневной работой».

— Ты считаешь, что это единственный возможный путь для тебя в профессиональном плане?
«Я люблю этот путь и хочу любить его до тех пор, пока по нему иду. Но нужно уметь меняться. Мир трансферного рынка забирает огромное количество энергии и времени. Я чувствую себя привилегированным, потому что получаю большие профессиональные удовлетворения, но в карьере важно понимать, когда приходит момент изменить или даже полностью пересмотреть свои приоритеты. Пример для меня — Тони Кроос. Он завершил карьеру в сборной Германии после Евро-2024, а на клубном уровне закончил на «Уэмбли», подняв над головой Лигу чемпионов с «Реалом» в 32 года. Это пример той зрелости, которую я хотел бы иметь — уметь принять правильное решение в нужный момент. Трансферный рынок всё ещё остаётся моим миром, но мне хотелось бы изменить его формат. Сегодняшние ритмы делают этот мир токсичным. В будущем, благодаря множеству связей, которые я создал, мне хотелось бы использовать их по-другому. У меня есть амбиция показывать людям закулисье футбола: как игрок тренируется, как мыслит агент, как рождается и развивается стратегия клуба. Есть огромное количество нюансов, которые публика просто не успевает увидеть, потому что на трансферном рынке всё производится и потребляется очень быстро. Следующий шаг для меня — немного замедлиться, сосредоточиться больше на качестве, чем на количестве, и позволить себе чуть больше личного пространства».

Источник: Ultimo Uomo
Интервьюер: Massimiliano Bogni

После шести лет в чёрно-белых цветах связь Уэстона Маккенни с «Ювентусом» стала ещё крепче благодаря заслуженному продлению контракта: официально объявлено, что 27-летний американец останется в стане «бьянконери» до 30 июня 2030 года.

Новое соглашение стало наградой за стабильные выступления на высоком уровне. Полузащитник перешёл в Турин из «Шальке 04» в августе 2020 года и со временем превратился в одного из ключевых игроков команды. В матче Кубка Италии против «Удинезе» в декабре прошлого года он преодолел отметку в 200 матчей за «Ювентус» — сейчас их уже 220, в которых он отметился 26 голами и 26 результативными передачами, а в последние недели даже исполнял роль нападающего.

Игрок уникального профиля — универсальный и способный занять буквально любую позицию на поле. В последние месяцы он начинал как центральный полузащитник, но успешно играл и форварда, и атакующего хавбека, и вингера, и фулбека, и даже защитника.

Маккенни стал важным элементом как на правом, так и на левом фланге в системе Лучано Спаллетти, завоевал сердца болельщиков и теперь пожинает плоды своей ежедневной работы на тренировках.

Поздравления, Уэс, от всей семьи «Ювентуса»!

Защитник «Ювентуса» Федерико Гатти прокомментировал ничью, вырванную в концовке на «Стадио Олимпико».

— Ты сыграл немного, но забил важнейший гол.
«Я даже не понял толком, что произошло — был на грани офсайда. Это действительно очень важный гол. Он оставляет нас в гонке. Осталось 11 матчей, мы всё ещё рядом, так что тут особо нечего добавлять».

— Твоё празднование?
«Так получилось — пару месяцев назад с сербскими ребятами, с Душаном и Филипом Костичем, шутили в раздевалке, и с тех пор всё пошло оттуда».

— Сегодняшний гол имеет огромный вес…
«Он будет весомым, если в конце сезона что-то нам даст. Если нет — то… Конечно, он сохраняет нам жизнь в борьбе. Это очень важно, но жаль, потому что мы должны были приехать сюда и выиграть».

— Как так получается, что вы пропускаете так много?
«Не знаю, нужно разбирать. Голы всегда возникают из индивидуальных ошибок. Нужно проанализировать, потому что мы действительно пропускаем слишком много. Раньше оборона была нашей силой, давала нам надёжность, а сейчас это аспект, над которым обязательно нужно работать».

— В раздевалке было больше радости из-за камбэка или облегчения и разочарования, потому что нужно было побеждать?
«Смешанные чувства. Были моменты, когда мы оказывались в семи очках от них, и тогда отыграться было бы очень сложно. Сейчас остаёмся в четырёх очках — это всё равно немало. Но этот результат точно оставляет нас в игре».

— Попросишь Лучано научить тебя движениям для игры в атаке?
«Я вообще-то раньше играл полузащитником. По 15–20 голов за сезон… может, если стану нападающим, столько и забью (смеётся)».

— Те уверенность и стабильность, которые у вас были раньше по ходу сезона, пока не вернулись полностью…
«Нужно начинать заново, потому что чемпионат не закончен. Пока математика не лишила тебя шансов, ты обязан верить до конца. С завтрашнего дня снова сосредоточимся и будем готовить матч субботы — он будет по-настоящему ключевым».

— Что вы изучали по Малену?
«Нужно играть к нему как можно ближе. Надо разобрать эпизод с голом, где он застал нас врасплох. Жаль, что так вышло. Мы остаёмся в четырёх очках, но впереди ещё 11 матчей».

— Гасперини сказал, что вы праздновали ничью. Это очко приравнивается к победе?
«С учётом того, как складывалась игра, это очко можно считать заработанным. Мы приехали сюда после 120 минут в предыдущем матче, но это не должно быть оправданием. Так лучше, чем ничего».

— Был ли в этом забитом мяче какой-то фактор личного реванша?
«Для меня это был непростой период. Все говорят, не зная сути. Когда носишь эту футболку, нужно принимать трудные моменты. Я всегда выкладываюсь на максимум и стараюсь быть готовым».

— От чего зависит большое количество потерь мяча?
«Нужно пересмотреть матч. Нам было тяжело, но мы создали много моментов. Возможно, позволили сопернику слишком многое, но заслуга в этом и «Ромы» — это сильная команда, и впереди нас ждёт серьёзная борьба».

Главный тренер «Ювентуса» Лучано Спаллетти прокомментировал ничью своей команды на «Стадио Олимпико» в матче против «Ромы».

— Довольны ли вы реакцией команды на события матча?
«Если говорить о реакции — да. Если смотреть на моменты, которые мы создали в первом тайме, то я не очень доволен. Но нужно оценивать всё объективно: мы вылетели из Лиги чемпионов таким образом, сыграв 120 минут, с тем грузом усталости, разочарования и боли, потому что команда сыграла хорошо. Привести всё это в порядок и при этом уступать в два мяча — это гора, на которую трудно взобраться. Но ребята поверили, отреагировали великолепно, не переставали верить до конца, хотя мы были легковесны во втором и третьем пропущенных голах».

— Был ли момент, когда вы начали опасаться, что этот матч уже невозможно будет спасти и это скажется на чемпионате?
«Когда вам будет 66 лет, как мне, и вы 35 лет проработаете тренером, вы поймёте: заходя в раздевалку, ты всегда веришь, что можно отыграться. Это нужно передавать команде. Замены ты делаешь именно для этого. Стараешься сохранить баланс, но всегда надеешься, потому что футбол сейчас такой — вспышки эмоций, важные эпизоды. У тебя есть Йилдыз, который способен решить момент — сегодня он провёл великолепный матч. Есть Жегрова, есть Бога — игроки, которые могут создать момент из ничего. Поэтому нужно быть уверенным — и в спорте, и в жизни».

— Это была пятая игра за две недели, и психологически команда получила серьёзные удары. После 1:3 был переломный момент — можно было «поплыть», но «Ювентус» отреагировал невероятно.
«Да, это верный анализ. Из этих пяти матчей три мы играли в меньшинстве на протяжении целых таймов — это выматывает ещё сильнее. Не добиваешься результата, как на “Сан-Сиро”, где казалось, что всё уже сделано, но пропускаешь в конце. Заходишь в раздевалку с опущенной головой. С “Галатасараем” — то же самое: отличный первый тайм, затем удаление на 65–70-й минуте, дома играем вдесятером весь второй тайм и всё дополнительное время. Можно говорить любые слова, чтобы поддержать уверенность и мотивацию, которые у “Ювентуса” должны быть всегда… В этот момент нам помогли болельщики. И сегодня они были рядом. Когда болельщики вместе с нами “надевают” футболку, всё становится немного легче».

— Как вы сами себя чувствуете? Верите в то, что можете попасть в четвёрку по итогам сезона?
«Как это верю? Я живу ради этого. Я живу ради четвёртого места, ради этой позиции. Дайте ей форму — и я буду носить её каждый день».

— Сможет ли команда в будущем лучше управлять перепадами между депрессией и энтузиазмом?
«На мой взгляд, в какой-то момент на нас обрушилось слишком многое, и нам немного не повезло. Но моя команда показала важные вещи. Я вижу рост во всех аспектах и уверен, что мы проведём отличный финиш чемпионата».

— Не слишком ли много пропущенных голов?
«Да, многовато. Но “Рома” с точки зрения давления, ритма и физической мощи — тяжёлая команда. Они постоянно давят, разыгрывают мяч справа, слева, создают связки по три-четыре человека на каждом фланге. Манчини всё время подключается в штрафную. Они заставляют тебя уставать. Мы пропустили два мяча, которых можно было избежать — и после углового, и третий гол. Оба эпизода можно было предотвратить: где-то опоздали, где-то не поборолись так, как нужно. Но при счёте 1:3 ребята просили мяч, кричали: “Выноси, можно доиграть эпизод!”. Это самый лучший сигнал, который тренер может получить от своих игроков, особенно когда уступаешь в два мяча в таком важном матче. Потому что поражение было бы очень тяжёлым».

— Я насчитал 16 ошибочных эпизодов в матче…
«Думаю, ваш анализ верен. В первом тайме мы отбирали мяч и сразу старались быстро завершить атаку. Обычно так и делают, чтобы не дать сопернику выстроить оборону. Но в стремлении завершить эпизод как можно быстрее, учитывая, что у “Ромы” есть быстрые игроки, которые легко возвращаются назад, мы допустили ошибки в передачах. Вероятно, если бы мы не сыграли два дня назад 120 минут в меньшинстве большую часть времени, мы бы сделали это лучше. Но потом действительно произошёл откат в плане качества. В какой-то момент сезона я по-настоящему поверил, что команда “поехала”: мы хорошо играли, были уверены, качественны. Затем случились два-три эпизода, которые нас наказали, и нам не повезло. И внутри этих ситуаций мы потеряли часть энтузиазма, уверенности, стабильности — и сделали шаг назад. Я действительно верил, что смогу вернуть тот энтузиазм, который видел в “Наполи”, ту креативность, ту особенность, когда нет жёстко закреплённых ролей и каждый может добавить качества, когда команда сама подпитывает себя своей игрой. Но мы откатились назад, несколько матчей нас просто выбили из колеи. И то, что сегодня они смогли снова взять игру под контроль после такого периода, говорит о том, что передо мной большие личности и умные футболисты».

— Что вам даёт «Ювентус», чего не хватало в сборной?
«Это разная работа. В сборной в определённый период на нас навалилось слишком многое — в деликатный момент, как, например, в матче против Норвегии, к которому мы подошли выхолощенными после чемпионата, да ещё и с важной группой игроков, которые тяжело пережили поражение в финале. Это нас наказало. Мне неприятно, но я принимаю это. Сегодня я могу пошутить по поводу формы, которую кто-то носит, а завтра сказать, что она прекрасна: здесь есть возможность узнать друг друга глубже. Клуб — топовый, это знают все».

Пьер Калулу выступил на пресс-конференции накануне матча с «Ромой» в рамках 27-го тура Серии А.

— Как вы себя чувствуете? Больше разочарования или гордости после матча Лиги чемпионов?
«Неделя была для нас важной. После игры в среду ощущения смешанные. Есть разочарование из-за результата, но если немного переосмыслить и пересмотреть моменты, появляется и гордость за то, что мы показали на поле. В эти дни чувства были смешанными».

— Как вы подходите к матчу с «Ромой»?
«Мы понимаем, что это важная игра, но знаем, что впереди ещё 11 матчей. Это прямой конкурент, поэтому встреча имеет особое значение. У нас правильный настрой, мы осознаём свою силу и знаем: если сыграем в свой футбол, всё будет хорошо».

— Насколько вы были бы рады, если бы Спаллетти остался тренером?
«Это вопрос к руководству, я не могу об этом говорить. Но от имени команды могу сказать: нам хорошо, нам нравится наш стиль игры. Мы довольны, но решение зависит не от меня».

— О возможных изменениях в VAR. Общались ли вы с Бастони?
«Любые правила, которые могут помочь футболу, я поддерживаю. К сожалению, я оказался в центре этой истории, посмотрим, как всё будет применяться на практике. С Бастони мы не общались».

— Скажется ли усталость после дополнительного времени?
«Когда играешь в меньшинстве, тратишь больше сил ради команды, в том числе ментальных. Но мы готовы к таким ситуациям и всегда начинаем с нуля. Мы готовы отдать максимум, у нас много игроков, готовых сделать это. Я об этом не думаю — наоборот, хотим выложиться полностью, и всё будет хорошо».

— Кажется, команда стала более сплочённой?
«Матч первого круга многое дал команде. Потом у нас были хорошие отрезки, даже если не всегда был результат. Игра с “Галатасараем” подтвердила нашу идею: мы сильны и готовы к важным эпизодам».

— Хотели бы вы переиграть какой-то матч февраля?
«Это был месяц, который с психологической точки зрения дал разные сигналы. Трудно выбрать один матч, потому что нужно смотреть вперёд. Но, возможно, я бы переиграл игру с “Аталантой”. Хотя, если честно, возвращаться к этим матчам только больнее».

— Что вас больше расстроило: удаление, отсутствие извинений или неприменённая “амнистия”?
«Всё вместе, но больше всего — итоговый результат. Если бы мы выиграли даже с моим удалением, я был бы расстроен, но с меньшей горечью. Команда всегда важнее индивидуального игрока. Больно, потому что всё произошло подряд».

— Где команда может прибавить?
«Нам нужно быть эффективнее в обеих зонах поля. Мы часто контролировали матчи, но должны быть более результативными, чтобы набирать больше очков».

— Как поведёте себя при встрече с Бастони?
«Мы и раньше не особо общались, так что мало что изменится. Может, увидимся через шесть месяцев, и я надеюсь к тому времени добиться успехов, которые помогут всё забыть. Я ничего особенного от него не жду».

— Насколько вы выросли психологически?
«Мы все прогрессируем индивидуально, а значит, коллектив тоже становится сильнее. Мы готовы справляться с давлением».

— О Малене?
«К каждому матчу мы готовимся, изучая нападающих соперника, и подход не меняется. У “Ромы” сильная атака, они в хорошей форме. Жду матч с высоким темпом, зрелищный, с множеством единоборств. Думаю, он будет похож на игру первого круга, но ещё лучше, потому что обе команды выросли».

Генеральный директор «Ювентуса» Дамьен Комолли выступил на саммите Financial Times Business of Football после болезненного вылета «Старой синьоры» из Лиги чемпионов.

О СУДЕЙСТВЕ
«Постараюсь не получить дисквалификацию от УЕФА, учитывая, что уже был отстранён ФФИ после того, что произошло в матче с «Интером», что, уверен, все видели. Вчера было ещё одно очень разочаровывающее судейское решение. Я не понимаю, как на матч такого уровня можно назначить арбитра, который провёл всего 10 игр в Лиге чемпионов за всю жизнь, учитывая, что стоит на кону. Ещё одна невероятно разочаровывающая красная карточка, которая никогда не должна была быть красной, и в итоге мы вылетаем из Лиги чемпионов. Эта игра будет причинять боль ещё многие-многие годы, без сомнения».

РАЗМЫШЛЕНИЯ
«Во время вчерашнего матча я думал о том, что мне потребуются годы, чтобы прийти в себя. Я понял это ещё когда работал в «Арсенале» с Венгером. Люди говорят, что с возрастом легче восстанавливаться, но на самом деле становится только тяжелее. Я занимаюсь этим 33 года, впереди у меня, возможно, ещё 20 или 25 лет — не знаю, — и будет всё сложнее. Наши болельщики были абсолютно невероятны, и я хочу поблагодарить их за то, что они сделали вчера. Атмосфера на стадионе была фантастической, игроки были великолепны. Такое со мной произошло впервые: после счёта 3:1 весь стадион встал и аплодировал команде, когда мы шли к центру поля, чтобы разыграть мяч. Вот за что мы любим футбол — это эмоции, это разочарование. Это знак того, что команда жива и будет бороться в оставшихся 12 матчах, потому что нам нужно играть в Лиге чемпионов».

ПРЕДЫДУЩИЕ РЕЗУЛЬТАТЫ
«Если проигрываешь матч или играешь дома вничью — это уже кризис. Во вторник и в субботу мы тоже проиграли, «Комо» приехал на «Альянц Стэдиум» и заставил нас бегать туда-сюда, просто уничтожив. И вот в субботу вечером руководство должно быть уволено, нужно купить 11 новых игроков в трансферное окно. А вчера вечером после матча у нас уже отличная, конкурентоспособная команда и есть надежда. Поэтому нужно постоянно уравновешивать всё это».

ОЖИДАНИЯ
«Ключевым для меня является единство. Общая линия между владельцами, мной, руководством, тренером и всем клубом. Когда ты в «Ювентусе», к 1 июля 2026 года — и я публично говорил об этом при своём назначении — мы должны быть в позиции, чтобы снова побеждать. И ожидания извне, и справедливо, когда у тебя 38 титулов, таковы, что ты обязан выигрывать. Поэтому единство в трудные моменты — это направление движения. Один матч не должен менять наш образ мышления. Именно поэтому мы используем данные: они помогают принимать рациональные решения в невероятно эмоциональной и иррациональной среде, которой является спорт высокого уровня. Я всегда говорю: нам платят за то, чтобы мы создавали эмоции, но решения мы должны принимать без эмоций».

МЫСЛИ ПОСЛЕ МАТЧА
«Нужно постоянно находить баланс. Вчера мы были частью индустрии развлечений, и это была одна из самых сильных эмоций, которые я видел на стадионе за долгое время. Но по дороге домой я подумал: у нас хорошая команда. Нужно сохранять спокойствие и подумать, что можно добавить к этой команде, чтобы попытаться выиграть чемпионат в следующем году. Просто сохранять спокойствие. Мы знаем, что у нас есть команда, есть игроки, есть инфраструктура и всё необходимое, чтобы побеждать».

О TETHER
«Tether? Джон ясно сказал, что никогда не продаст клуб. Вчера вечером он был в раздевалке, благодарил игроков и тренера за усилия. Он невероятно вовлечён — финансово, эмоционально, стратегически. Он полностью привержен клубу».

КАК ВЕРНУТЬСЯ К ПОБЕДАМ
«Что нужно «Ювентусу», чтобы снова бороться за титулы? Если отвечать сегодня — это стабильность. Важно сохранить того же тренера, ту же стратегию, тот же стиль игры. За последние 2–3 года у клуба было 6, 7 или 8 тренеров, включая временных. Поэтому стабильность в проекте будет ключевой. Команда постепенно обретает сыгранность благодаря вкладу Лучано Спаллетти с момента его прихода. Если выразить всё одним словом — это стабильность повсюду: в единстве, в стиле игры, в составе, который показывает свой уровень, как вчера. Именно это, вероятно, нам нужно для успеха».

ОБ ОТВЕТСТВЕННОСТИ
«Что не даёт мне спать по ночам? «Ювентус». В клубе такого масштаба так много можно сделать, так много развить. Огромная ответственность из-за нашей фан-базы — 575 миллионов болельщиков по всему миру, 200 миллионов подписчиков. Я ложусь спать, думая о «Ювентусе», мне снится «Ювентус», я просыпаюсь с мыслями о «Ювентусе». Масштаб работы и сообщества вокруг клуба огромен. Я чувствую большую ответственность делать всё правильно. Это не что-то одно — это всё вместе. Я хочу совершенствовать клуб каждый день и поднимать его на новый уровень каждый раз, когда просыпаюсь».

Легенда «Ювентуса»Алессандро Дель Пьеро выступил на телеканале Sky по окончании матча против «Галатасарая».

О матче — «Огромная гордость, до эпического подвига не хватило одного удара внешней стороной левой ноги. «Ювентус» провёл великолепный матч, показал тот дух, который, по возможности, нужно демонстрировать всегда. Тот самый дух, которого вчера немного не хватило и «Интеру», и которого «Ювентусу» часто не достаёт. Сегодня даже вдесятером было видно: если они больше рискуют, то создают очень много моментов. Они способны показывать более высокий уровень, но основная проблема в том, что в некоторых ситуациях команда может страдать в обороне, и, к сожалению, это всё ещё год перестройки. Посмотрим, откуда «Ювентус» начнёт заново. В воскресенье матч с «Ромой», и проигрывать вновь больше нельзя».

О стадионе — «Сегодня стадион был великолепен, атмосфера на трибунах — исключительная, игроки — молодцы. Чувствуется большое единство. Есть огромное разочарование, каждый болельщик понимает, что команда не выиграла бы Лигу чемпионов, но знает, что сегодня заслуживала большего. Как я уже говорил, ты должен заставить гордиться собой своих людей, партнёров, болельщиков на трибунах и тех, кто смотрит из дома. Это должно быть целью для любого футболиста — помимо побед и заработка. Чувство принадлежности — бесценно».