Лучано Спаллетти ищет дом в Турине: главный тренер «Ювентуса» хочет покинуть клубный отель уже в ближайшее время. На столе два варианта — район Континасса или центр города. Об этом сообщает издание La Gazzetta dello Sport.

Накануне матча против «Пизы» Лучано вновь шутил с журналистами, однако для многих стало понятно, что кроме шуток специалист действительно ищет себе новое жильё: «Перееду жить в тот же дом, где живут Комолли и Кьеллини».

От отеля к новому дому

С момента своего прибытия в клуб 30 октября Спаллетти выбрал временное решение. Тренер живёт в клубном отеле, расположенном рядом со стадионом «Ювентуса», где он обосновался на последние четыре месяца. Это был практичный выбор, связанный и с тем, что он возглавил команду уже по ходу сезона.

В Неаполе, например, он предпочитал почти «монашескую» жизнь в знаменитой маленькой комнате базы Кастель Вольтурно, украшенной изображениями Диего Марадоны и футболками с номером 10. Но теперь ситуация другая: с учётом возможного продления контракта жизнь в отеле может больше не понадобиться.

Два варианта

Спаллетти рассматривает аренду дома, и на данный момент есть два возможных варианта. Первый — остаться в районе стадиона и Континассы, рядом с тренировочной базой, которая является его главным ежедневным ориентиром. Второй — исторический центр Турина, где уже живут некоторые руководители «Ювентуса».

• Джорджо Кьеллини уже много лет живёт рядом с площадью Витторио Венето.
• Дамьен Комолли выбрал район площади Сан-Карло.

Они, возможно, и не станут соседями по лестничной площадке, но одно ясно: Спаллетти всерьёз думает о том, чтобы пустить корни в Турине. Окончательное решение о новом жилье ожидается в ближайшее время.

Лучано Спаллетти дал интервью для платформы DAZN после матча «Ювентус» — «Пиза».

— После гола Тюрама вся команда вас обняла. С днём рождения, Спаллетти — идеальный вечер.
«Объятие было таким сильным, потому что я захотел пробраться в волосы Тюрама — хотел и сам снова испытать ощущение густой причёски».

— Как не начать с этого момента, когда вся команда бежит вас обнимать?
«Это прекрасные моменты. Они заставляют меня чувствовать себя полностью на своём месте. Перед матчем, когда они поздравили меня с днём рождения, я сказал им, что нахожусь в правильном месте, чтобы его отметить — в правильном месте и с правильными людьми. Мне не хватало только одного подарка — увидеть, как они празднуют победу под нашей трибуной, и они это сделали. Они также провели хороший матч, потому что всё начинается именно с этого. Хорошо сыграли и те, кто вышел со скамейки — они отлично подготовились. Конечно, трудности есть, потому что в таких матчах многие считают всё заранее решённым. Но соперник хорошо работает. Они продолжают развивать то, что я уже видел при Джилардино — это хорошая команда. Несколько дней назад против «Болоньи» у них было три момента, чтобы открыть счёт. «Болонья» смогла остаться в игре и верила до конца, а затем выиграла благодаря великолепному дальнему удару. «Болонья» знает, как побеждать, и это значит, что «Пиза» способна создать проблемы любой команде».

— Сегодня команда сделала вам подарок. Может быть, и клуб…
«Нет, всё довольно просто. Мы живём такими матчами, на них и должно быть сосредоточено наше внимание. Дело не в будущем… наоборот, о будущем вообще не нужно говорить. Будущее создаётся каждый день, момент за моментом. Уже завтра утром на тренировке те, кто сегодня не играл, должны работать очень интенсивно. Потом мы дадим команде один-два выходных, и им нужно вернуться в форму. У них должна быть в ногах усталость, как после матча.Будущее строится, если мы хорошо выполняем свою работу, если сохраняем самодисциплину день за днём — независимо от игрового времени, решений тренера или ошибок, которые совершают все. Будущее — это то, что мы делаем день за днём. Контракт здесь не так важен».

— Когда нужно отыгрываться или вскрывать оборону, «Ювентус» иногда убирает нападающего — и приходят голы. Это вопрос характеристик игроков?
«Мы пробовали разные варианты. Центральный нападающий должен обладать и физической мощью или создавать качество на линии атаки, которое даёт численное преимущество. Если защитники идут на него, освобождается пространство для подключений партнёров. Нужно иметь большое качество в плотной зоне — между опорниками и центральными защитниками. Они играют с тремя защитниками и опорником перед ними, поэтому там почти нет пространства. Нужно уметь точно отдать передачу и найти маленькое окно, потому что пространства очень ограничены. Сегодня мы показали, что нам иногда трудно играть в таких условиях. Поэтому мы убрали одного игрока из центра, расширили игру, начали быстрее переводить мяч с фланга на фланг, чтобы разрушить плотность соперника. Йилдыз тоже получил больше пространства. Когда он забил, мы уже вели в счёте, и пространства немного увеличили преимущество. Играть спиной к центральному защитнику ему сложнее — это не совсем его характеристика. Это особое искусство, и там нужна физическая мощь. Сейчас центральные защитники высокие, сильные, они постоянно оказывают давление. Поэтому ему нужно немного пространства, и он часто ищет его левее и чуть глубже, потому что игра спиной к воротам не является для него самой удобной позицией».

— Дэвид выглядит неуверенным в себе…
«Если бы я выпустил Дэвида во втором тайме с той тактической схемой, он оказался бы в более выгодных условиях и смог бы сыграть лучше. В тот момент мы уже создали немного больше пространства. Нам удалось меньше попадать в ловушки тактики соперника, и у них было меньше возможностей прижимать нас и заставлять играть слишком глубоко. Матч стал складываться по-другому, и Дэвид тоже сыграл бы лучше, потому что у него именно такие характеристики — это игрок, который не любит контактную борьбу. Когда мяч просто бросают ему под давление, это становится для него ловушкой. Если передача неудобная, ему ещё сложнее, потому что это не его игра. Он больше игрок для чистого футбола — когда мяч подготовлен, когда есть время подумать».

— Сколько очков нужно для того, чтобы попасть в Лигу чемпионов?
«Квота для Лиги чемпионов — это 53 очка уже в следующем матче, потому что будущее нужно создавать прямо сейчас. Разговоры о будущем — это то, смогу ли я завтра сказать тем, кто сегодня не играл, чтобы они хорошо потренировались. Нужно спокойно идти отдыхать, зная, что мы не разочаровали наших болельщиков, которые просто фантастические. Наш ориентир — это то, как думают наши болельщики и что мы сами думаем в раздевалке о том, почему не достигли определённых результатов. Нет смысла говорить только о статистике. Болельщики видели, как мы боролись в Риме, и даже сегодня нам пришлось страдать, потому что мы не смогли сразу открыть счёт. Мы почувствовали поддержку трибун — они были рядом, разделили с нами этот момент и помогли снять тяжесть этой футболки. Будущее начинается уже завтра — нужно каждый день забирать тот «приз», который дают тебе следующие 24 часа».

Лучано Спаллетти выступил на пресс-конференции накануне матча против «Пизы» в рамках 28-го тура Серии А.

— Над чем нужно работать, чтобы хорошо завершить сезон?
«Я убеждён, что мы сделаем многое хорошее, потому что в трудный момент показали качества настоящей команды. Настоящая команда проявляется именно в сложные периоды, а у нас сразу совпало много эпизодов, и это вселяет во меня оптимизм относительно концовки чемпионата. Мы будем проводить матчи в более правильном ритме, постепенно возвращаем физическую свежесть, ясность в голове и некоторых игроков. Поэтому я уверен: то, что почувствовали наши болельщики, которые разделили с нами усилия, придало нам дополнительную энергию. Всё это заставляет меня с оптимизмом смотреть на финал сезона».

— Как себя чувствуют Влахович, Гатти и Ди Грегорио?
«Влахович нацелен на возвращение к матчу с “Удинезе”. Федерико восстановился и готов играть. Я увидел в нём уверенность игрока, который должен обладать характером “Ювентуса”. Состав объявлю в день матча, оба чувствуют себя хорошо. Мне жаль, что Ди Грегорио подвергся критике: нет смысла устраивать разбор, когда проблемы носили коллективный характер».

— Как состояние Йилдыза?
«У него была серьёзная гематома после сильного удара. Но он один из тех ребят, кто очень крепок характером. Говорят, что талант без сильного характера и личности далеко не уходит — у него всё это есть. Он очень хочет играть и показывает важные вещи в момент, который переживает команда, несмотря на внимание со стороны соперников. Самого сильного защитника ставят против него, второго просят подстраховывать. Когда за тобой так внимательно следят — а с ним это происходит в каждом матче — ты, возможно, теряешь что-то, но зато даёшь больше возможностей партнёрам. Мы не беспокоимся: даже сегодня утром он это показал — когда он бьёт и решает отправить мяч туда, куда обычные игроки даже не могут представить».

— Боитесь возможного психологического спада?
«Это очень сложный матч, потому что вокруг все считают его лёгким и уверены, что мы должны спокойно его выиграть. Многие уже воспринимают соперника как вылетевшую команду. Но я уверен, что и Джилардино, и Хельемарк находят слова, чтобы мотивировать игроков. Иногда это даже проще, чем в других ситуациях. Когда футболист думает, что матч будет лёгким, он становится поверхностным. Я уверен, что мои игроки правильно оценят ситуацию. Когда становишься поверхностным — можно больно удариться. Нам этого нельзя допустить. Я всегда ориентируюсь на реакцию игроков, на то, как они работают на тренировках и ведут себя в раздевалке. И снова хочу их похвалить за то, как они ведут себя в этот сложный период».

— О прогрессе Копмейнерса…
«Нужно рассматривать всё в контексте. На мой взгляд, он гораздо сильнее, когда начинает атаки. Когда он получает мяч спиной к сопернику, иногда испытывает трудности, но он сильный футболист и умеет справляться. Для меня это игрок высокого уровня, который способен играть в сильной команде. Он заслуживал больше игрового времени, чем получил. Когда оцениваешь игроков внутри состава, имя Копмейнерса всегда будет среди них».

— Удивлены ли вы безусловным доверием к вам?
«“Ювентус” всегда существует ради достижения целей. Цифры говорят, что мы не там, где должны быть. Но когда наши болельщики рядом с командой, это самое важное — они способны нас подталкивать вперёд. Нам предстоит концовка сезона, где на кону очень многое. Мы должны понимать свою ответственность и осознавать, кто мы и что делаем. Вся команда смотрит в одном направлении. Важна группа. О будущем поговорим на этой неделе. Мы привязаны к текущему периоду. О моём будущем и будущем “Ювентуса” поговорим спокойно, без стресса. Важно то, что делает команда. О моём контракте мы уже говорили с руководством — мы оставили дверь открытой, чтобы обсуждать это позже. Теперь я даже буду жить в одном доме с Комолли, чтобы чаще встречаться и разговаривать. Но главное — хорошо работать, а не демонстрировать контракт».

— Как чувствует себя Милик?
«В этом матче он не сыграет. Он хорошо тренируется с командой, но есть некоторые моменты, которые пока не дают нам полной уверенности. Тем не менее мы о нём думаем, потому что это сильный игрок».

— Ваше мнение о Бога?
«Он играет хорошо и постепенно возвращает свои качества. Я уверен, что этот гол пошёл ему на пользу. Мы все ждём, что он снова покажет то, что демонстрировал раньше. Но всё зависит от того, какое качество он сможет дать команде — и от того, насколько будет помогать в обороне. Иначе Тюрам, Миретти и Локателли будут не слишком довольны».

— Насколько важным для вас было продление контракта Маккенни?
«“Ювентус” показывает, что строит правильную программу на будущее, потому что Маккенни — очень сильный игрок. Мы использовали его на разных позициях, и он всегда справлялся. Это показывает его ценность. Он хороший парень и отличный человек, поэтому я бы удивился, если бы клуб принял другое решение. Но клуб думает так же, как и я».

Пресс-конференция Лучано Спаллетти завершена.

На Континессе снова появился Аркадиуш Милик. Польский нападающий переживает настоящий период мучительного восстановления, который продолжается уже почти два года — с момента его первой травмы.

После травмы, полученной летом 2024 года нападающий «Ювентуса» так и не смог вернуться на поле. За эти два сезона он несколько раз был вынужден останавливаться в процессе восстановления, даже после того как возобновлял тренировки — например, на летних сборах. В декабре Лучано Спаллетти включал его в заявку на матчи с «Ромой» и «Пизой», а в последние дни Милик снова начал тренироваться с командой. На своей странице в Instagram он опубликовал сообщение, в котором поделился своими ощущениями.

Чуть подробнее о травме Милика

Милик проходит очень долгий путь восстановления после ряда физических проблем, которые возникали в течение последних двух лет. Летом 2024 года он перенёс менискэктомию после серьёзной травмы медиального мениска левого колена. После операции у нападающего возникло несколько рецидивов и осложнений в процессе реабилитации, а также травма в тренажёрном зале, из-за которой он не смог принять участие в предсезонном сборе команды в Германии в начале сезона.

Сообщение от Милика

«Иногда путь оказывается более сложным, но именно в такие моменты начинаешь больше ценить то, что у тебя есть. Тренировки с командой, время с семьёй и возможность заниматься тем, что я люблю. Я благодарен людям, которые находятся рядом со мной, и счастлив снова быть на поле. Спасибо также за все поздравления с днём рождения и за вашу поддержку».

В бесконечной дискографии Пино Даниэле саундтрек к фильму Массимо Троизи «Le Vie del Signore sono finite» не относится к главным шедеврам, которые приходят на ум, когда вспоминаешь его карьеру. Кто знает, почему Фабрицио Романо, так к нему привязался — особенно к песне «Qualcosa arriverà». Возможно, из-за её звучания — одновременно ностальгического и мечтательного, наполненного надеждой. А может потому, что строчка «мечта уходит прочь» стала его мантрой как минимум на треть года — каждый год уже почти пятнадцать лет.

С июня по сентябрь и весь январь футбольная вселенная находится в ожидании его знаменитой фразы «Here We Go». После окончания лицея он переехал в Милан, и в 2011 году его жизнь и карьера резко изменились: если раньше он писал о трансферах для различных онлайн-изданий, то после перехода Мауро Икарди из «Барселоны» в «Сампдорию» стал одним из самых востребованных «ретрансляторов» новостей для игроков, агентов и руководителей клубов.

В 2013 году он присоединился к редакции телеканала Sky Sport Italia, а десять лет спустя, в 2023-м, второй год подряд выиграл премию Globe Soccer Award как лучший спортивный журналист года. Издание Forbes включило его в список «30 Under 30 – Media & Marketing» самых влиятельных людей (единственный итальянец вместе с Норманно Пизани, тогдашним Head of Media Partnerships UK & Ireland в TikTok). После этого Романо решил, что работа на себя позволит ему свободнее управлять двумя главными составляющими его профессии — временем и контактами. Сегодня, когда речь заходит о трансферном рынке, именно он является международной точкой отсчёта.

Мы поговорили с ним в День святого Валентина, в середине февраля — в относительно спокойный для него период.

«Когда трансферное окно закрыто, начинается подготовка к следующему трансферному окну. Я немного сравниваю это со сбором урожая: летняя и зимняя сессии — это результат того, что ты посеял в предыдущие месяцы. Для меня всё строится на отношениях, поэтому периоды между трансферными окнами я воспринимаю как время, когда нужно много путешествовать.

Во время самого трансферного окна я стараюсь как можно меньше ездить, чтобы оставаться сосредоточенным и избегать ситуаций, когда из-за дороги могу надолго потерять связь или остаться без телефона под рукой. Когда рынок “спит”, я могу путешествовать, много перемещаться, ходить на матчи. Это очень помогает поддерживать уже существующие контакты, в некоторых случаях укреплять их и, главное, создавать новые. Именно это остаётся моим главным приоритетом в месяцы, когда трансферное окно закрыто. Это также выбор, продиктованный любовью к футболу: он даёт мне возможность смотреть матчи и строить новые связи. Прежде всего это личный выбор».

— С учётом того, чем ты занимаешься сейчас, насколько тебе вообще необходимо следить за самими матчами? Если бы ты не был таким любителем футбола, то мог бы не смотреть матчи и при этом это никак бы не повлияло бы на твою работу. Ты так не думаешь?
«Чисто технически, наверное, да. Это вопрос того, сколько ты хочешь вложить — не столько денег, сколько времени и страсти в то, чем занимаешься. Я мог бы просто сидеть на месте и ограничиваться телефонными звонками или сообщениями. Но я принимаю другое решение, прежде всего с человеческой точки зрения. Я понял, что для меня очень важен личный контакт. Думаю, это один из секретов, который позволяет удерживать определённый статус в футбольной индустрии, которая постоянно меняется. Меняются люди, с которыми ты взаимодействуешь, а вместе с этим неизбежно меняются и балансы влияния: директор, который сегодня важен, через пять лет может уже не играть такой роли; агент, который три года назад был малоизвестен, сегодня может стать одним из ключевых на международном рынке. Нужно постоянно обновлять связи. Это можно делать и на расстоянии — у меня нет строгой необходимости встречаться лично. Но личное желание — продолжать делиться настоящими, реальными моментами с людьми. Думаю, только так можно оставаться в этом мире много лет, не будучи поглощённым давлением и ответственностью».

— Ты говорил, что твоя любимая песня — «Via con me». Возможно ли, что она тебе нравится ещё и потому, что твои отношения с трансферным рынком чем-то похожи на строки Паоло Конте?
«В этом деле действительно много людей, но этот мир я не считаю тёмным. Наоборот. Для меня трансферный рынок — очень яркая картина. Более подходящее сравнение — джунгли: мир, где ты ложишься спать, думая одно, а утром всё может оказаться совершенно другим и неожиданным. Это разноцветный, живой мир, где всё может измениться за пять минут. Всё зависит от непредсказуемых факторов: в 80–90% случаев речь идёт о игроках, деньгах, агентах и президентах клубов. Но есть те 10–20%, когда всё переворачивается из-за семьи игрока, которая не хочет переезжать, из-за неожиданного предложения другого клуба или из-за личных обстоятельств. Этот мир настолько переменчивый, иногда даже безумный, что я не могу назвать его чем-то однозначно положительным или отрицательным. Но уверен: он гораздо интереснее и увлекательнее, чем кажется со стороны».

— Ты часто говоришь: «Если что-то происходит, это не зависит от меня». Это правда? Ты никогда не чувствовал, что мог повлиять на продление контракта, трансфер игрока или увольнение тренера, выступая своего рода «мегафоном» одной из сторон?
«Думаю, влиял — конечно. Но не только я. Любой журналист, который работает в этой сфере, может повлиять на переговоры. Однако речь скорее не о «мегафоне», а о моменте публикации информации. Если сообщить новость слишком рано, иногда можно подвергнуть клуб риску — другие команды могут вмешаться в переговоры. Ты раскрываешь часть секретов сделки и тем самым облегчишь работу посредников. Такое случается — это часть игры. Клубы это прекрасно понимают. Есть команды, которые предпочитают максимальную открытость, а есть те, кто старается сохранять секретность как можно дольше. У каждого своя стратегия, со своими плюсами и минусами. С моей стороны «не зависит от меня» в том смысле, что за последние 5–6 лет стало ясно: на трансферном рынке нужно проверять всё до последней секунды. Не журналист решает, изменят ли игрок или клуб своё решение в последний момент. Многие вспоминают, что я объявил о переходе Самарджича в «Интер» как о состоявшемся. Но когда игрок уже проходит медосмотр с клубным шарфом… увы, контракты подписываю не я. С профессиональной точки зрения моя работа была сделана. Но я не могу контролировать некоторые вещи. Роль журналиста — точно рассказывать о том, что происходит, не придумывая и не строя догадок о будущем».

— Какие отношения у тебя складываются с собственной властью/влиянием?
«Я могу признать, что цифры, которые создаёт информация, которую я публикую, очень значительные, и многие считают, что это может облегчать некоторые вещи. В отдельных случаях так и есть: авторитет может открывать двери и каналы, которые ранее были бы невозможны. Но всё это — результат того, что я работаю каждый день с 16–17 лет. Я начал очень рано и ни одного дня не выключал телефон. То, что я делал и продолжаю делать каждый день, определяет, сколько времени я смогу оставаться в этом мире. Власть может быть следствием, но это не привилегия: её нужно заслуживать каждый день. Единственный способ сохранить её — не садиться на трон. Иначе она исчезает очень быстро».

— А какие отношения у тебя складываются с твоими профессиональными ошибками?
«Есть вещи, которые я не могу себе простить, если я поверил во что-то неправильное или недостоверное. Но я не могу винить себя, если что-то меняется по причинам, которые не зависят от меня. В моей работе ошибки, из которых я больше всего научился, связаны с переходами свободных агентов. Переговоры между клубами иногда замедляют процессы и дают журналисту больше времени собрать информацию. А игрок с истекающим контрактом может подписать договор в любой момент и изменить решение без участия третьих сторон. Я помню, как летом 2021 года сообщил с полной уверенностью, что Жоржиньо Вейналдум перейдёт в «Барселону». После окончания контракта с «Ливерпулем» он стал свободным агентом и даже забронировал медосмотр в Каталонии на следующее утро. Но ночью Вейналдум получил предложение от «ПСЖ», по которому должен был зарабатывать на 300% больше, чем по договорённости с «Барселоной». На следующее утро у него должен был быть медосмотр в Барселоне, но он сообщил всем, что летит в Париж. Такое редко происходит в сделках между клубами: когда медосмотр уже назначен, обычно всё уже окончательно согласовано. С моей точки зрения я был спокоен: я сообщал правду — сам Вейналдум позже подтвердил, что эти медосмотры действительно были запланированы. Но я понял, что на трансферном рынке иногда нужно быть ещё осторожнее. Когда речь идёт об ошибках, моя цель — ложиться спать со спокойной совестью. Если я ничего не выдумал и не распространял ложь, значит, перед самим собой я чист».

— Несколько лет назад ты отказался от контракта с редакцией Sky Sport, неоднократно говорил, что никогда ни с кем не жил, кроме родителей, и что «всё сделал сам». Сейчас ты способен делегировать кому-то производство новостей или контента, или по-прежнему полностью автономен? Чувствуешь ли уязвимость из-за того, что не можешь делегировать столько, сколько хотелось бы?
«Этот вопрос всегда был для меня тяжёлым. Для меня личный контроль — основа всего: мне нравится быть частью процесса и не делегировать. Поручить кому-то позвонить, представляясь моим именем, — это не моё. Пока я буду в этом мире, думаю, буду полностью вовлечён в работу. Я считаю это формой уважения к тем, кто следит за моими новостями. Я не могу снять с себя ответственность, если что-то пойдёт не так или будут ошибочно названы сроки. Все знают, что я отвечаю за это своим именем. Я не ставлю своё лицо за кого-то другого, и никто не может поставить его вместо меня. Это важно и с точки зрения личных отношений: когда ты всегда присутствуешь лично и ничего не делегируешь, у этого есть цена — прежде всего время. Чтобы постоянно оставаться в работе, нужно очень тщательно выбирать, какие нерабочие проекты ты допускаешь в свою жизнь. Но концепция «поручить кому-то» — это то, во что мне всегда было трудно поверить».

— Публично так и не было ясно, ни с твоей стороны, ни со стороны Ордена журналистов Ломбардии, действительно ли против тебя был начат дисциплинарный процесс из-за участия в рекламном ролике (первая версия — июль 2025 года, вторая — январь 2026). Можешь подтвердить?
«Да, подтверждаю. Процедура всё ещё продолжается. Меня попросили не углубляться в тему, пока она не завершится, чтобы не создавать путаницы и не мешать процессу» (согласно статье 22 Кодекса профессиональной этики журналистов, «журналист не должен предоставлять своё имя, голос или образ для рекламных инициатив или продвижения брендов и коммерческих продуктов»).

— Независимо от твоего случая, готово ли итальянское журналистское сообщество и его правила к новым форматам, каналам и языкам — например, к модели, где личная медиа-компания может поддерживаться спонсорами, не превращаясь сама в рекламный инструмент? «Нет, мы совершенно не готовы. И это меня очень огорчает как итальянца, который живёт в Италии и любит свою страну. Каждый раз, когда я бываю за границей, я испытываю гордость, но при этом понимаю, что мог бы спокойно жить где-то ещё: моя работа не требует постоянного присутствия в одном месте, а 90% коммуникации у меня происходит на английском. Я остаюсь в Италии из чувства ответственности и любви к своей стране, но мы не готовы понимать новые динамики нашей профессии. Работа при поддержке спонсора остаётся здоровой моделью, если спонсор не влияет на саму работу. Если бренды никак не связаны с тем, что ты делаешь ежедневно, а лишь помогают проекту существовать финансово, это позволяет не перекладывать расходы на аудиторию. Я никогда не брал ни цента за то, чтобы распространять информацию. У меня нет платного сайта, нет платных шлюзов, нет приложений с подпиской даже в 1 евро, хотя аудитория позволила бы это сделать. Если бренды готовы поддерживать редакционный проект, здоровье системы от этого не страдает. Наоборот, это нормальный способ финансирования, который позволяет людям получать новости бесплатно. Но в Италии многие правила устарели и управляются людьми, которые уже не живут в этой реальности. В мире всё давно изменилось, а мы остаёмся позади».

— Может ли американская индустрия спортивного инфотейнмента стать ориентиром для Европы и Италии? Ты ориентировался на таких журналистов, как Адриан Войнаровски или Шэмс Чарания, или это слишком разные миры?
«Для меня это вполне сопоставимо, и я надеюсь, что со временем станет ещё ближе. В США существует совершенно другой уровень внимания к коммерческой стороне каждого аккаунта — не только медиа, но и отдельного журналиста. Помимо Войнаровски и Шэмса, в футбольном мире тоже есть источники вдохновения. В начале 2010-х я внимательно следил за работой Гильема Балаге. Он базируется в Испании, но ведёт программы в Англии, работает на нескольких языках для разных медиа — газет, радио, телевидения. Это, на мой взгляд, здоровая модель журналистики, где можно развивать разные форматы и адаптироваться к постоянным изменениям. В Италии же часто считают, что журналист обязан иметь контракт с одним медиа и работать только на него. Но таким образом мы ограничиваем новые поколения, которым сегодня логично искать разные источники дохода».

— В Италии часто говорят, что наш футбол уже не принадлежит нам, что это прошлое величие. Если с экономической и спортивной точки зрения это частично правда, в чём Италия всё ещё может быть международным ориентиром?
«Тактика. В этом Италия остаётся абсолютно авторитетной. Когда за границей говорят об итальянском футболе, даже очень влиятельные люди в мировом футболе сразу вспоминают именно тактическую культуру. Я разговаривал об этом с Лукой Модричем, и даже он говорил, что его поражает, как даже самый неприметный матч может оказаться невероятно сложным. Даже последняя команда в таблице может стратегически выстроить игру так, чтобы создать проблемы лидеру. В других лигах это происходит гораздо реже. Это может быть не самый зрелищный аспект футбола, но иногда он решает всё. За пределами поля Италия также сильна в умении находить альтернативные решения, чтобы конкурировать с клубами, обладающими гораздо большими бюджетами. Когда разрыв в финансах огромный, нужно придумывать новые идеи — и в Италии многие клубы всё ещё умеют это делать. Некоторые команды после пандемии нашли способы не просто выжить, но и оставаться конкурентоспособными в Европе».

— В мире, где слова всё чаще превращаются просто в ярлыки, какой смысл сегодня ещё может иметь слово «эксклюзив»?
«Всё меньший, без сомнения. Это видно повсюду. Раньше это было почти магическое слово, которое использовали лишь в очень редких случаях. Сейчас оно стало чем-то повседневным: потеряло большую часть своей силы и ценности. Я сам один из первых, кто хотел бы убрать его из своего словаря — не исключаю, что сделаю это совсем скоро. Тем не менее слово «эксклюзив» всё ещё сохраняется. С журналистской точки зрения, когда у тебя есть доступ к новости, которая ещё не стала известной или появилась без точного и детального описания хода переговоров, слово «эксклюзив» служит способом подчеркнуть разницу в полноте информации, которую ты публикуешь. Это термин, который постепенно теряет смысл в мире, где все соревнуются, кто первым сообщит новость, но он остаётся оправданным, когда подтверждён качественной ежедневной работой».

— Ты считаешь, что это единственный возможный путь для тебя в профессиональном плане?
«Я люблю этот путь и хочу любить его до тех пор, пока по нему иду. Но нужно уметь меняться. Мир трансферного рынка забирает огромное количество энергии и времени. Я чувствую себя привилегированным, потому что получаю большие профессиональные удовлетворения, но в карьере важно понимать, когда приходит момент изменить или даже полностью пересмотреть свои приоритеты. Пример для меня — Тони Кроос. Он завершил карьеру в сборной Германии после Евро-2024, а на клубном уровне закончил на «Уэмбли», подняв над головой Лигу чемпионов с «Реалом» в 32 года. Это пример той зрелости, которую я хотел бы иметь — уметь принять правильное решение в нужный момент. Трансферный рынок всё ещё остаётся моим миром, но мне хотелось бы изменить его формат. Сегодняшние ритмы делают этот мир токсичным. В будущем, благодаря множеству связей, которые я создал, мне хотелось бы использовать их по-другому. У меня есть амбиция показывать людям закулисье футбола: как игрок тренируется, как мыслит агент, как рождается и развивается стратегия клуба. Есть огромное количество нюансов, которые публика просто не успевает увидеть, потому что на трансферном рынке всё производится и потребляется очень быстро. Следующий шаг для меня — немного замедлиться, сосредоточиться больше на качестве, чем на количестве, и позволить себе чуть больше личного пространства».

Источник: Ultimo Uomo
Интервьюер: Massimiliano Bogni

После шести лет в чёрно-белых цветах связь Уэстона Маккенни с «Ювентусом» стала ещё крепче благодаря заслуженному продлению контракта: официально объявлено, что 27-летний американец останется в стане «бьянконери» до 30 июня 2030 года.

Новое соглашение стало наградой за стабильные выступления на высоком уровне. Полузащитник перешёл в Турин из «Шальке 04» в августе 2020 года и со временем превратился в одного из ключевых игроков команды. В матче Кубка Италии против «Удинезе» в декабре прошлого года он преодолел отметку в 200 матчей за «Ювентус» — сейчас их уже 220, в которых он отметился 26 голами и 26 результативными передачами, а в последние недели даже исполнял роль нападающего.

Игрок уникального профиля — универсальный и способный занять буквально любую позицию на поле. В последние месяцы он начинал как центральный полузащитник, но успешно играл и форварда, и атакующего хавбека, и вингера, и фулбека, и даже защитника.

Маккенни стал важным элементом как на правом, так и на левом фланге в системе Лучано Спаллетти, завоевал сердца болельщиков и теперь пожинает плоды своей ежедневной работы на тренировках.

Поздравления, Уэс, от всей семьи «Ювентуса»!

Защитник «Ювентуса» Федерико Гатти прокомментировал ничью, вырванную в концовке на «Стадио Олимпико».

— Ты сыграл немного, но забил важнейший гол.
«Я даже не понял толком, что произошло — был на грани офсайда. Это действительно очень важный гол. Он оставляет нас в гонке. Осталось 11 матчей, мы всё ещё рядом, так что тут особо нечего добавлять».

— Твоё празднование?
«Так получилось — пару месяцев назад с сербскими ребятами, с Душаном и Филипом Костичем, шутили в раздевалке, и с тех пор всё пошло оттуда».

— Сегодняшний гол имеет огромный вес…
«Он будет весомым, если в конце сезона что-то нам даст. Если нет — то… Конечно, он сохраняет нам жизнь в борьбе. Это очень важно, но жаль, потому что мы должны были приехать сюда и выиграть».

— Как так получается, что вы пропускаете так много?
«Не знаю, нужно разбирать. Голы всегда возникают из индивидуальных ошибок. Нужно проанализировать, потому что мы действительно пропускаем слишком много. Раньше оборона была нашей силой, давала нам надёжность, а сейчас это аспект, над которым обязательно нужно работать».

— В раздевалке было больше радости из-за камбэка или облегчения и разочарования, потому что нужно было побеждать?
«Смешанные чувства. Были моменты, когда мы оказывались в семи очках от них, и тогда отыграться было бы очень сложно. Сейчас остаёмся в четырёх очках — это всё равно немало. Но этот результат точно оставляет нас в игре».

— Попросишь Лучано научить тебя движениям для игры в атаке?
«Я вообще-то раньше играл полузащитником. По 15–20 голов за сезон… может, если стану нападающим, столько и забью (смеётся)».

— Те уверенность и стабильность, которые у вас были раньше по ходу сезона, пока не вернулись полностью…
«Нужно начинать заново, потому что чемпионат не закончен. Пока математика не лишила тебя шансов, ты обязан верить до конца. С завтрашнего дня снова сосредоточимся и будем готовить матч субботы — он будет по-настоящему ключевым».

— Что вы изучали по Малену?
«Нужно играть к нему как можно ближе. Надо разобрать эпизод с голом, где он застал нас врасплох. Жаль, что так вышло. Мы остаёмся в четырёх очках, но впереди ещё 11 матчей».

— Гасперини сказал, что вы праздновали ничью. Это очко приравнивается к победе?
«С учётом того, как складывалась игра, это очко можно считать заработанным. Мы приехали сюда после 120 минут в предыдущем матче, но это не должно быть оправданием. Так лучше, чем ничего».

— Был ли в этом забитом мяче какой-то фактор личного реванша?
«Для меня это был непростой период. Все говорят, не зная сути. Когда носишь эту футболку, нужно принимать трудные моменты. Я всегда выкладываюсь на максимум и стараюсь быть готовым».

— От чего зависит большое количество потерь мяча?
«Нужно пересмотреть матч. Нам было тяжело, но мы создали много моментов. Возможно, позволили сопернику слишком многое, но заслуга в этом и «Ромы» — это сильная команда, и впереди нас ждёт серьёзная борьба».

Главный тренер «Ювентуса» Лучано Спаллетти прокомментировал ничью своей команды на «Стадио Олимпико» в матче против «Ромы».

— Довольны ли вы реакцией команды на события матча?
«Если говорить о реакции — да. Если смотреть на моменты, которые мы создали в первом тайме, то я не очень доволен. Но нужно оценивать всё объективно: мы вылетели из Лиги чемпионов таким образом, сыграв 120 минут, с тем грузом усталости, разочарования и боли, потому что команда сыграла хорошо. Привести всё это в порядок и при этом уступать в два мяча — это гора, на которую трудно взобраться. Но ребята поверили, отреагировали великолепно, не переставали верить до конца, хотя мы были легковесны во втором и третьем пропущенных голах».

— Был ли момент, когда вы начали опасаться, что этот матч уже невозможно будет спасти и это скажется на чемпионате?
«Когда вам будет 66 лет, как мне, и вы 35 лет проработаете тренером, вы поймёте: заходя в раздевалку, ты всегда веришь, что можно отыграться. Это нужно передавать команде. Замены ты делаешь именно для этого. Стараешься сохранить баланс, но всегда надеешься, потому что футбол сейчас такой — вспышки эмоций, важные эпизоды. У тебя есть Йилдыз, который способен решить момент — сегодня он провёл великолепный матч. Есть Жегрова, есть Бога — игроки, которые могут создать момент из ничего. Поэтому нужно быть уверенным — и в спорте, и в жизни».

— Это была пятая игра за две недели, и психологически команда получила серьёзные удары. После 1:3 был переломный момент — можно было «поплыть», но «Ювентус» отреагировал невероятно.
«Да, это верный анализ. Из этих пяти матчей три мы играли в меньшинстве на протяжении целых таймов — это выматывает ещё сильнее. Не добиваешься результата, как на “Сан-Сиро”, где казалось, что всё уже сделано, но пропускаешь в конце. Заходишь в раздевалку с опущенной головой. С “Галатасараем” — то же самое: отличный первый тайм, затем удаление на 65–70-й минуте, дома играем вдесятером весь второй тайм и всё дополнительное время. Можно говорить любые слова, чтобы поддержать уверенность и мотивацию, которые у “Ювентуса” должны быть всегда… В этот момент нам помогли болельщики. И сегодня они были рядом. Когда болельщики вместе с нами “надевают” футболку, всё становится немного легче».

— Как вы сами себя чувствуете? Верите в то, что можете попасть в четвёрку по итогам сезона?
«Как это верю? Я живу ради этого. Я живу ради четвёртого места, ради этой позиции. Дайте ей форму — и я буду носить её каждый день».

— Сможет ли команда в будущем лучше управлять перепадами между депрессией и энтузиазмом?
«На мой взгляд, в какой-то момент на нас обрушилось слишком многое, и нам немного не повезло. Но моя команда показала важные вещи. Я вижу рост во всех аспектах и уверен, что мы проведём отличный финиш чемпионата».

— Не слишком ли много пропущенных голов?
«Да, многовато. Но “Рома” с точки зрения давления, ритма и физической мощи — тяжёлая команда. Они постоянно давят, разыгрывают мяч справа, слева, создают связки по три-четыре человека на каждом фланге. Манчини всё время подключается в штрафную. Они заставляют тебя уставать. Мы пропустили два мяча, которых можно было избежать — и после углового, и третий гол. Оба эпизода можно было предотвратить: где-то опоздали, где-то не поборолись так, как нужно. Но при счёте 1:3 ребята просили мяч, кричали: “Выноси, можно доиграть эпизод!”. Это самый лучший сигнал, который тренер может получить от своих игроков, особенно когда уступаешь в два мяча в таком важном матче. Потому что поражение было бы очень тяжёлым».

— Я насчитал 16 ошибочных эпизодов в матче…
«Думаю, ваш анализ верен. В первом тайме мы отбирали мяч и сразу старались быстро завершить атаку. Обычно так и делают, чтобы не дать сопернику выстроить оборону. Но в стремлении завершить эпизод как можно быстрее, учитывая, что у “Ромы” есть быстрые игроки, которые легко возвращаются назад, мы допустили ошибки в передачах. Вероятно, если бы мы не сыграли два дня назад 120 минут в меньшинстве большую часть времени, мы бы сделали это лучше. Но потом действительно произошёл откат в плане качества. В какой-то момент сезона я по-настоящему поверил, что команда “поехала”: мы хорошо играли, были уверены, качественны. Затем случились два-три эпизода, которые нас наказали, и нам не повезло. И внутри этих ситуаций мы потеряли часть энтузиазма, уверенности, стабильности — и сделали шаг назад. Я действительно верил, что смогу вернуть тот энтузиазм, который видел в “Наполи”, ту креативность, ту особенность, когда нет жёстко закреплённых ролей и каждый может добавить качества, когда команда сама подпитывает себя своей игрой. Но мы откатились назад, несколько матчей нас просто выбили из колеи. И то, что сегодня они смогли снова взять игру под контроль после такого периода, говорит о том, что передо мной большие личности и умные футболисты».

— Что вам даёт «Ювентус», чего не хватало в сборной?
«Это разная работа. В сборной в определённый период на нас навалилось слишком многое — в деликатный момент, как, например, в матче против Норвегии, к которому мы подошли выхолощенными после чемпионата, да ещё и с важной группой игроков, которые тяжело пережили поражение в финале. Это нас наказало. Мне неприятно, но я принимаю это. Сегодня я могу пошутить по поводу формы, которую кто-то носит, а завтра сказать, что она прекрасна: здесь есть возможность узнать друг друга глубже. Клуб — топовый, это знают все».