После пары минут после начала нашего телефонного разговора, связь оборвалась. «Извините, я в горах и строю дом. Здесь плохо ловит мобильная связь». Проходит полчаса — и он перезванивает сам: «Я спустился, теперь всё в порядке». На наш звонок Алекс Маннингер отвечает из Австрии с улыбкой: бывший вратарь живёт спокойной жизнью и занимается тем, чем занимался до футбольной карьеры.
«Работа плотником научила меня важности труда и самопожертвования. И Антонио Конте, и Юрген Клопп со временем это оценили. Они говорили, что я важен для того, чтобы передавать молодым правильное отношение к работе».
Он ушёл из футбола, но когда говорит о нём — его настроение резко поднимается. Начав рассказывать, его уже не остановить: вспоминает успехи на «Хайбери» в составе «Арсенала» Арсена Венгера и годы в «Ювентусе» рядом с Джанлуиджи Буффоном и Алессандро Дель Пьеро.
— Алекс, Европа узнала о тебе в Премьер-лиге в составе «Арсенала». Это были первые годы Венгера, команда играла на «Хайбери». Что помнишь о том периоде?
«Даже думать об этом волнительно. Мне было 20 лет, я был совсем мальчишкой. Венгер хотел создать клуб международного уровня и сделать ставку на молодёжь — я был одним из них. Он также ввёл тренировочные сборы — тогда это было необычно для английского футбола. Должен сказать, несмотря на возраст, в воротах я чувствовал себя спокойно — передо мной играл настоящий монстр, Тони Адамс. Он многому меня научил. У меня есть только одно сожаление: я ушёл слишком рано. Но… я хотел играть».
— Тогда ты выбрал «Фиорентину» для продолжения карьеры.
«Да, и это было ошибкой. Я оказался в абсурдной ситуации: 2001 год, клуб на грани банкротства. Несколько месяцев мы не получали зарплату. Тренером был Роберто Манчини, и он иногда говорил: «Посмотрим, будет ли завтра тренировка». Он шутил, но мы все понимали, что клуб может развалиться в любой момент. Многие не были готовы к такой ситуации: кто-то хотел судиться с клубом, кто-то уходил — в общем, полный хаос».
— Тем не менее, Серия А всё равно стала твоей судьбой. Ты сменил несколько клубов, пока не нашёл себя в «Сиене».
«Какой город, какое спокойствие. Сиена — мой дом. Мне там было прекрасно, ко мне относились как к королю. Каждый раз, когда возвращаюсь, меня встречают с огромной теплотой. За это я должен поблагодарить Энрико Кьезу. Мы играли вместе во Флоренции и жили рядом — он очень помог мне в начале. Он говорил: «Сегодня ужинаешь у меня». Я не мог отказаться, иначе он бы обиделся.
Но каким же он был сильным игроком! Помню, он мог часами тренироваться — пока всё не получалось идеально, он не уходил с поля».
— Похожим в этом плане был Алессандро Дель Пьеро…
«Ещё бы! Когда я был дублёром Джанлуиджи Буффон, он после тренировок держал меня на поле часами. И сколько у нас было дуэлей! Особенно он поражал меня при исполнении пенальти — настоящий снайпер. И сколько было смеха. Але ещё и отличный гольфист, иногда мы созваниваемся, говорим об этом. Рано или поздно снова сыграем друг против друга — как когда-то в «Ювентусе» на штрафных и пенальти».
— Кто выигрывал?
«Он. Почти всегда. Он был из другой категории. В гольфе, возможно, у меня есть шанс».
— Ты упомянул Джанлуиджи Буффона — какими были ваши взаимоотношения?
«Фантастическим, правда. Он никогда не заставлял меня чувствовать его величие. Меня поражало его спокойствие. «Как тебе это удаётся, Джиджи?» — я часто его спрашивал. Для меня было честью играть с ним и вообще выступать за «Ювентус». Для меня это стало своего рода завершением круга».
— Можно подробнее об этом?
«Ювентус» практически подписал меня ещё за десять лет до этого. Я даже провёл пару тренировок с командой, но затем пришёл Эдвин ван дер Сар, и я отправился в «Арсенал». Вернуться туда стало моей целью».
— Твой последний сезон в «Ювентусе» совпал с первым годом Антонио Конте как тренера. Какие у вас были отношения?
«Антонио впечатлил меня уже на сборах. Он отвёл меня в сторону и сказал, что ценит моё отношение к работе и хотел подписать меня ещё, когда тренировал «Сиену». Помню, что в начале он был единственным, кто верил в победу в чемпионате. Мы приходили после двух седьмых мест и серии странных решений клуба. Он вернул всё на свои места. Вы ведь так говорите в Италии, да?»
— Своё последнее приключение ты провёл в «Ливерпуле» с Юргеном Клоппом. Как состоялся этот переход?
«Всё началось с телефонного звонка. Юрген знал обо мне всё: за два года до этого я обыграл его «Боруссию» с «Аугсбургом». Он сказал: «Я хочу этого вратаря. В тот день ты отбил всё — сделай то же самое у меня». В итоге я почти не играл — мне уже было 40 лет. Но завершить карьеру, прощаясь с трибуной «Коп», было невероятным ощущением».
— Был ли в футболе кто-то, кто тебя разочаровал?
«Не разочаровал, но мне было неприятно то, что произошло в «Брешии» в 2004 году. Уже на летних сборах Джан Пьеро Де Бьязи решил, что я не буду играть — без причины и без шанса. Я оказался частью обмена игроков, но меня там не хотели. Тогда я просто ушёл. И, слава богу, как оказалось: я оказался в «Сиене», а затем заслужил переход в «Ювентус», а они вылетели».
— Сегодня ты снова плотник — как до начала футбольной карьеры.
«Эта работа научила меня труду и усилиям. И сейчас я счастлив. Современный футбол — это мода и бизнес. У меня даже нет Instagram, представляете? Я счастлив в своей простоте и спокойствии. Сейчас в раздевалках больше думают о причёсках и постах, чем о тяжёлой работе. Как же не хватает таких людей, как Алессандро Дель Пьеро, Буффон и им подобных…».
